Фон сайта
Syngenta

Новый сорт каждые 10 лет, или Бег впереди лошади?

Все чаще от многих уважаемых лиц звучат как явные, так и скрытые претензии в адрес аграрной науки. Возникает большое количество вопросов и к отечественной селекции – тема продуктивности, качества и количества сортов становится все более актуальной. Все бы ничего, но зачастую советниками в этом деле выступают псевдоспециалисты с нулевым опытом работы в производстве. Наблюдая такую картину, невозможно остаться в стороне.

Прежде всего давайте попробуем дать объективную оценку некоторым предлагаемым нововведениям Минсельхоза в области семеноводства. В частности, введению ограничения субсидирования семян для сортов со сроком регистрации до десяти лет и обеспечению равного доступа сельхозпроизводителей к качественным импортным семенам. Эти вопросы косвенно взаимосвязаны. Поэтому рассмотрим все в комплексе.

Сначала выясним, на чем основана необходимость замены сорта  один раз в десять лет  в интерпретации утверждения: «наукой не рекомендуется использование сортов сроком обращения свыше десяти лет в силу их вырождаемости»?

Чтобы лучше это понять, необходимо вспомнить некоторые основы семеноводства по размножению семян, начиная с определения слова «репродукция». Понятие «репродукция» подразумевает звено размножения семян, соответствующее тому или иному поколению (пересеву) с момента проведения массового отбора определенного сорта. В порядке последовательности существуют: питомники испытания потомств, питомники размножения, суперэлита, элита, 1-я репродукция, 2-я репродукция и так далее .

Каким образом повторно выводится один и тот же сорт? Обновление и чистота сорта поддерживаются путем замкнутого цикла массового отбора растений из питомника размножения первого года, дальнейшего пересева семян и выбраковки растений в питомниках испытания.

Как понять термин «вырождение сорта»? Вырождение сорта – это снижение сортовых качеств в процессе его выращивания, вызываемое накоплением отрицательных мутаций, биологическим засорением, снижением устойчивости растений сорта к болезням, вредителям и неблагоприятным факторам среды. Поэтому при условии, если сорт имеет самоопыляющуюся чистую линию (мутации крайне маловероятны) и исключает факты биологического и механического засорения (выбраковка, сортовая, видовая прополка), его идентичность можно поддерживать достаточно длительное время (не один десяток лет). Это доказано более ста лет назад датским ученым Йогансеном в «Теории чистых линий». К самоопыляющимся видам растений относятся, в частности, зерновые культуры.

По поводу устойчивости зерновых культур к болезням и вредителям хочу отметить, что сегодня таких сортов практически не существует. Исключение составляют трансгенные сорта. Эффект устойчивости к болезням также проявляется у сортов, завезенных из отдаленной географической зоны. Однако такой эффект кратковременен (длится не более 1-2 лет).

Очевидно, что с каждой последующей репродукцией (пересевом) в геометрической прогрессии возрастает посевная площадь сорта и контроль видовой и сортовой чистоты с каждым последующим этапом все более затрудняется. В процессе размножения сорта происходит постепенное засорение механическими и биологическими примесями, потеря индивидуальных характеристик сорта и в конечном итоге снижение сортовых качеств, так называемое «вырождение». Таким образом, сорт «вырождается» (засоряется) в течение десяти лет в результате постепенного засорения при размножении (пересеве). При отсутствии должного контроля и несоблюдении правил семеноводства вырождение (засорение) возможно и за более короткий срок. Не все знают, но в случае возникновения сомнений проверить идентичность сорта совсем не дорого и не трудно. Это возможно сделать в ряде научных институтов.

Для поддержания продуктивности культур рядовые сельхозпроизводители должны проводить периодическое сортообновление или сортосмену, которые подразумевают систематическое обновление посевного материала до более высоких репродукций – элиты или первой репродукции этого же сорта. В теории каждый новый сорт превосходит предыдущий по продуктивности и качественным показателям. Соответственно, при систематической замене сортов урожайность и качество зерна неуклонно растет. Но в действительности такого не происходит и не произойдет. Попробуем разобраться почему.

Во-первых, потенциал любого сорта (как отечественного, так и импортного) попросту не будет реализован даже на 50% в масштабах валового сбора зерна определенного региона. Это легко доказать на примере отдельных соседних фермерских хозяйств. В каждом районе есть как минимум одно передовое хозяйство, где урожайность стабильно выше остальных на 30-50%. Остальные хозяйства могут сеять тот же сорт, репродукцию, от того же производителя, но урожай у них будет все равно ниже. Причина в том, что кто-то не вносит удобрений, кто-то не работает должным образом против сорняков и болезней, другие нарушают сроки технологических операций и так далее. В итоге при потенциале того или иного сорта в 40-50 ц/га фермер все равно в среднем получает свои 10-15 ц/га. Понятно, что одной из причин, почему потенциал сорта зачастую не может быть реализован, является в низкая культура земледелия. В то же время в странах ЕС и США достигли высокой культуры земледелия, которая максимально использует все имеющиеся ресурсы (влага, удобрения, защита растений, производительность и т. д.) и полностью реализует потенциальную урожайность. Для стран с таким уровнем развития единственным способом роста продуктивности растениеводства действительно является выведение новых, более продуктивных сортов.

Во-вторых, потенциал продуктивности любого растения в первую очередь ограничен доступностью продуктивной влаги. Известно, что в условиях Северного Казахстана этот фактор – лимитирующий. Соответственно, главным направлением отечественной селекции всегда было выведение засухоустойчивых сортов для получения урожая в засушливые годы.

Селекционеры России, Украины, стран ЕС главным образом работают над получением интенсивных сортов, более отзывчивых на повышение уровня питания в условиях достаточной увлажненности. Понятно, что такие направления селекции разных стран сложились в результате различных приоритетов аграрной науки, обусловленных прежде всего разными погодно-климатическими условиями.

Нередко слышу разговоры о том, что завезенные заморские высокопродуктивные сорта в Казахстане могут показать такие же отличные результаты, как и у себя дома. Отсюда некоторые так называемые специалисты делают вывод: какой смысл развивать отечественную селекцию, если дешевле все это купить за бугром? Но могут ли селекционеры зарубежных стран создать засухоустойчивый сорт для наших условий? Теоретически могут. Но практически это настолько трудно и затратно (воссоздать наши условия во всем их разнообразии, учесть всю массу факторов, как первостепенных, так и второстепенных), что им легче провести селекционную работу у нас.

В условиях Северного Казахстана любой однолетний или многолетний аграрный план или программу необходимо рассматривать в рамках трех климатических сценариев. Поэтому давайте теоретически спрогнозируем разные варианты событий с сортами разного типа при реальных условиях сельского хозяйства в настоящем времени. И попробуем определить, что важнее: интенсивный импортный сорт или интенсификация производства? Так, интенсивный сорт в избыточный по влажности год (и такое бывает), при высоком уровне ухода сформирует более высокий урожай (качество зерна, как правило, будет выше у засухоустойчивого сорта). Но в итоге выгоду смогут получать лишь единичные передовые хозяйства, имеющие ресурсы для поддержания высокого уровня интенсификации. Да и то, как правило, они в состоянии создать наилучшие условия только на отдельных полях, получая до 50-60 ц/га. На остальных полях урожай будет в лучшем случае на уровне 30-40 ц/га. Рядовые хозяйства (а это около 92-95% всех посевов) ввиду низкой культуры земледелия получат на любом сорте 15-25 ц/га. Таким образом, общее количество производимого зерна при внедрении интенсивных сортов существенно не изменится.

В средний по увлажнению год интенсивный сорт будет давать примерно такой же выход зерна, как и засухоустойчивый, при одинаковой степени интенсификации производства. При высоком уровне земледелия урожайность будет на уровне 20-30 ц/га, при низком – 12-18 ц/га. Но разный уровень затрат будет способствовать усреднению себестоимости зерна. Валовой сбор зерна и доход будут определять только степень интенсификации производства.

В острозасушливый год засухоустойчивый сорт покажет наилучший результат. Разница в выходе зерна между передовыми и рядовыми хозяйствами будет минимальной, на уровне 1-3 ц/га (за счет четкого выполнения технологических операций), но разница в себестоимости зерна будет существенной. Очевидные выгодополучатели – рядовые фермеры, которые имеют минимально возможные затраты. При посеве интенсивных сортов такие тенденции сохранятся, но средняя урожайность и общий вал зерна, а соответственно, и валовой доход будут ниже. Тогда возможен ли значимый эффект от внедрения импортных сортов интенсивного типа? Есть, о чем подумать. Может, вся проблема в том, что фокус внимания всегда привлекают достижения передовых хозяйств, где время от времени проводятся дни поля, семинары, совещания, встречи для передачи положительного опыта рядовым хозяйствам. Но нередко забывается, что в первую очередь поддержка требуется не столько хозяевам, сколько приглашенным гостям-аграриям. Некоторые программы в АПК строятся с учетом возможностей и потребностей 5-10% наилучших хозяйств от их общего числа, тогда как остальные 90-95 % фермеров не берутся в расчет.

Давайте представим картину возможного будущего: мы на 100% достигли высокого уровня интенсификации производства зерна, посевы в Казахстане перенасыщены импортными урожайными интенсивными сортами. И вдруг наступает засуха (или вообще четыре года подряд выдаются острозасушливые). Какие потери урожая тогда ждут сельхозпроизводителей? Какие риски несет такая модель развития растениеводства?

Вывод напрашивается сам собой: необходимо развивать отечественную селекцию в направлении выведения засухоустойчивых сортов. И в первую очередь для стабилизации и сглаживания рисков производства зерна, нашей главной культуры. В настоящее время потенциал урожайности сортов отечественной селекции составляет порядка 40-45 ц/га. Следовательно, их генетический потенциал продуктивности в силу низкого уровня интенсификации производства зерна в настоящее время реализуется только на 25-45%. Таким образом, главными факторами роста урожайности сельскохозяйственных культур являются повышение интенсификации и снижение рисков производства.

Вместе с тем систематическая замена старых сортов на новые необходима.  Пусть сначала один раз в  десять лет, а в будущем можно и быстрее. Однако для ускорения темпов сортосмены нужно сокращать сроки выведения и регистрации сортов, увеличивать их количество, ускорять процесс размножения семян до производственных масштабов. Данная инициатива затрагивает как минимум вопросы селекции, семеноводства и государственных сортоиспытаний.  А это в свою очередь тянет за собой другие проблемы:

– дефицит квалифицированных кадров;

– низкий уровень материально-технической базы;

– морально устаревшие методы выведения сортов.

Процесс сортоиспытания и регистрации сорта занимает два-три  года, размножения семян (от питомника испытания потомств до суперэлиты) – четыре-пять лет (риск неурожая 20-25%), продвижение сорта – два-три года, переход семеноводческих хозяйств на новые сорта – еще два-четыре года (при 25-50% паров). Исключая сортоиспытание, размножение и распространение сорта, весь этот период займет в лучшем случае восемь лет, более реальный сценарий – 12 лет. Таким образом, научному институту, чтобы уложиться в десятилетний срок, необходимо производить как минимум три конкурентоспособных востребованных сорта (трех групп спелости) раз в  два года, а еще лучше  – ежегодно. Реально же количество выводимых сортов нужно смело увеличить в два-три раза, так как в рыночных отношениях всегда должен быть выбор. К такой скорости производства новых сортов сельскохозяйственная наука в настоящее время просто не готова.

На данный момент сорта отечественной селекции яровой пшеницы занимают порядка 58% от общей площади посевов пшеницы. При этом уже в 2018 году в случае утверждения изменений в правилах субсидирования касательно 10-летнего срока обращения сортов 80-90% объемов оригинальных и элитных семян, необходимых для последующего пересева на площади почти в 6,0 млн. га, субсидироваться не будут. Тем не менее научными институтами создаются и регистрируются новые перспективные сорта пшеницы. Но для того, чтобы эти сорта заслужили доверие сельхозпроизводителей и достигли площади посевов в миллионы гектаров, потребуется значительное время – не менее шести-семи лет, включая размножение семян. За такой период большая часть заинтересованных в субсидиях сельхозформирований может развернуться в сторону сортов иностранной селекции. А это в рамках концентрации рисков сельского хозяйства и как уже было разобрано выше — неправильный подход. И при текущем положении дел в сельскохозяйственной науке отыграть в будущем долю в 6,0 млн. га будет просто невозможно.

Необходимо последовательное решение задач: кадры – материально-техническая база – селекция – освоение биотехнологий, генной инженерии – новые сорта. Какой толк от материально-технической базы и всей селекции целиком, если нет кадров? О каком количестве и качестве сортов может идти речь при нынешнем материальном состоянии оригинаторов семян? Хроническая проблема с постановкой последовательности задач – это проблема как рядовых фермеров, так и государственных чиновников. Везде должен присутствовать определенный порядок. Отсутствие порядка ведет к неразберихе и хаосу.

P.S. Уважаемый читатель, очевидно, сделает вывод: и что, все опять свелось к финансам, а вернее, к их отсутствию? Совсем нет. Давайте думать логически. Ключевой элемент любой программы – специалист, который ее будет внедрять. Иначе любая программа останется очередной раз на бумаге, а не на практике. Об этом написано в самой программе: «в 2014-2016 годы общая потребность в специалистах и научных кадрах для АПК составила 6 456 человек, из них в 2014 году – 1575 человек, в 2015 году – 2 240 человек, 2016 году – 2 641 человек (выделено автором). Нехватка кадров ощущается в основном по таким специальностям, как ученые-агрономы, ветеринарные врачи, зооинженеры, инженеры-механики сельскохозяйственного производства, инженеры-технологи по переработке сельскохозяйственной продукции, экономисты, бухгалтеры и т. п. По данным местных исполнительных органов, около 80% субъектов АПК испытывают потребность в специалистах. Из числа руководителей более 13 тысяч сельхозпроизводителей – юридических лиц только 12% имеют высшее и незаконченное высшее образование аграрного профиля» (Государственная программа развития агропромышленного комплекса Республики Казахстан на 2017-2021 годы). Информация к размышлению...

Айбек Тулегенов, агроном

ОТ РЕДАКЦИИ: если государство признает нехватку специалистов аграрного профиля, возникает резонный вопрос, куда тогда идут работать молодые специалисты после окончания аграрных вузов и колледжей, гранты на подготовку которых государство исправно выделяет? Кто ведет контроль за их дальнейшей судьбой, как заботятся «альма-матери» после того, как выпускники, завершив учебу в вузе (колледже), выходят в открытый рыночный мир? Может, этим остродефицитным специалистам условия в хозяйствах создают невыносимые? Или специалисты«не очень-то и специалисты»? Или есть еще какие-то причины? Широкое поле аналитикам для исследований кадрового потенциала АПК.

Bonfanty
Kazseed

Еще новости

Все новости
Данный сайт использует файлы cookie для правильного функционирования и сбора анонимной статистики о пользователях с помощью службы Google Analytics и Яндекс.Метрика для повышения удобства использования нашего веб-сайта. Если вы не согласны с тем, чтобы мы использовали данный тип файлов, то вы должны соответствующим образом установить настройки вашего браузера или не использовать сайт.