Фон сайта
Syngenta

Казахстанское овцеводство: больше мяса и меньше шерсти

Казахстанское овцеводство: больше мяса и меньше шерсти

В ходе поездки во Францию на выставку «Саммит животноводства», мы пообщались с руководителем Объединения юридических лиц Региональной ассоциации овцеводов «Жетісу» (Алматинская область) Кенесханом Абдильденовым и его заместителем, кандидатом сельскохозяйственных наук, автором породы етті меринос (мясной меринос) Каирлы Омашевым. Было интересно узнать взгляд специалистов на развитие французского и казахстанского овцеводства. Нам также было важно понять, что полезного для своей работы узнали участники казахстанской делегации после встреч с французскими овцеводами. Напомним, что поездка казахстанской делегации на международную выставку во Францию была организована компанией «Франс-групп» при информационной поддержке журнала «Аграрный сектор

 

– Кенесхан Асылханович, расскажите в двух словах о вашей ассоциации овцеводов?

– Наша организация является общественной, мы зарегистрировались в 2009 году, так что нам уже десять лет. За это время мы объединили свыше 500 овцеводческих хозяйств по всему Казахстану, а географически находимся в Талдыкоргане. Активно сотрудничаем с фермерами, оказываем консультативную помощь в различных вопросах, помогаем решать имеющиеся проблемы, работаем с Минсельхозом.

– Как часто посещаете международные выставки?

– Стараемся не пропускать выставки, наиболее важные для нашей отрасли, следим за тенденциями и новинками. Это помогает в нашей работе. Мы были в Румынии, Болгарии, Венгрии, в тех европейских странах, которые занимаются овцеводством. В феврале этого года ездили на международную выставку продуктов питания в Дубае. И вот сейчас посетили «Саммит животноводства» во Франции. В будущем планируем посетить Новую Зеландию и Австралию, где также очень развито овцеводство.

– За счет каких средств существует ассоциация овцеводов?

– Мы существуем на взносы членов нашей ассоциации. На эти средства проходят семинары. В этом году были одними из главных спонсоров Съезда овцеводов Казахстана и аукциона по продаже овец. Помогаем институту овцеводства.

– Что вам дают поездки на международные выставки?

– В первую очередь это общение с нашими зарубежными коллегами, кто так же, как и мы, занимается овцеводством. Обмениваемся опытом, посещаем фермерские хозяйства. К примеру, посещая фермерские хозяйства в рамках «Саммита животноводства» во Франции, нас заинтересовала селекционная работа и искусственное осеменение. Мы сами тоже проводим работу по селекции, и этот опыт для нас важен.

В последнее время у наших крестьян есть стимул заниматься овцеводством. Цена на баранину в мире поднялась. Если не так давно одна овца стоила 15 тысяч тенге, то сейчас стоит порядка 40 тысяч (около 100 долларов) на внутреннем рынке. Покупатели из Узбекистана дают за овцу 50–60 тысяч тенге. Активный экспорт баранины начался два года назад. Маточное поголовье запретили вывозить, и это правильно, так как нам самим такой скот нужен. А вот экспорт мяса баранины всегда приветствуется. Его готовы покупать ОАЭ, Иран, Катар в неограниченном количестве, резко вырос спрос на мясо баранины в Китае. Но, как говориться, в любом деле всегда есть свои барьеры…

– Минсельхоз как-то помогает в их устранении?

– Минсельхоз оказывает поддержку. У нас сейчас с Китаем согласованы ветеринарно-санитарные требования на экспорт мяса и шерсти в эту страну.

– Как бы вы оценили уровень субсидирования государством овцеводства?

– У нас есть разные виды субсидий. Если хозяйство занимается селекционной работой, то на одну маточную голову племенных овец получает 2500 тенге, субсидия на одну товарную голову составляет 1500 тенге. Если фермер покупает одну племенную голову, то получает субсидию 8000 тенге. Если фермер сдает овец в возрасте от 6 до 14 месяцев на мясокомбинат, то получает 3000 тенге субсидии. Один килограмм тонкой шерсти субсидируется на 250 тенге, если это тонкая шерсть 60-го качества, а за полутонкорунную шерсть фермер получает 150 тенге.

– Кто распределяет субсидии?

– Это делает местный исполнительный орган.

– Деньги реально приходят?

– Конечно, бывают задержки, но пять лет субсидии выплачиваются.

Поголовье овец в стране увеличивается?

– За последние пять лет оно увеличилось на 1 млн. голов. Одно время у нас крестьяне массово избавлялись от поголовья, так как не было сбыта мяса и шерсти. Сейчас этот спрос есть, и многие заинтересованы в выращивании высокопродуктивных овец. Поэтому растет спрос на овец с отличной генетикой. К примеру, если скрестить овец породы иль-де-франс с нашими овцами, то получим хорошую продуктивность, отличное мясо и шерсть.

– Кадровый вопрос у вас также остро стоит, как и в других отраслях сельского хозяйства?

– Кадровые проблемы у нас большие. Сегодня некому пасти овец, наблюдается острый дефицит чабанов. Более того, фермерам нужна техника. К примеру трактор типа МТЗ-80 или небольшой «Джон Дир», пресс, сенокосилка, стогометатель, небольшие машины типа ГАЗ-53 для перевозки скота. Особенность нашей отрасли в том, что в Алматинской области овцы три раза в год кочуют — с зимних пастбищ на весенние, а затем на летние пастбища (жайляу), где они пасутся около трех месяцев. В среднем овцы проходят 150–200 километров.

– Пастбища арендуете?

– В каждом хозяйстве по-разному. Например, у одного фермера есть зимние пастбища, но нет летних. Он идет, к примеру, в лесхоз, который такие пастбища имеет. И фермер вынужден платить лесхозу, чтобы взять в аренду эти пастбища.

У нас все отгоны находятся в песках, летом пастбища выгорают, и к тому же если летом весь травостой овцы съедят, то зимой останутся без корма. Пастбищеоборот необходим. Иначе быстро меняется состав трав.

Овцы биологически приспособлены щипать траву, а некоторые слабые растения во время пастьбы вырывают с корнем. В итоге со временем меняется состав трав. К тому же если не менять пастбищ, то возрастает инфекционная и инвазионная нагрузка, и овцы могут поражаться различными паразитозами и другими заразными болезнями. Такая проблема сейчас, к примеру, возникла в Китае, где площади пастбищ ограничены, многие пастбища выбиты и эродируют. У нас же овцы круглый год кочуют. Более того, скажу, что если наших овец привезти во Францию и пасти на их полях, то они дадут гораздо большую продуктивность.

– Но ведь и в Казахстане есть разные природные зоны, в которых условия развития овцеводства различаются…

– Безусловно, если овцеводство развивать в Восточном Казахстане или в горных районах Алматинской области, то надо учитывать, что там зимой выпадает много снега, поэтому в зимний период будет стойловое содержание овец. В степной зоне Центрального Казахстана, где зимой выпадает достаточное количество снега, овцы также содержатся зимой в стойле, а летом нужно заготавливать корма. На юго-востоке и  юге овцы круглый год находятся на пастбище без дополнительной подкормки.

– Как работает закон о пастбищах?

– Начиналось все красиво, но закон не работает. Есть немало пастбищных земель, хозяева которых не пасут на них скот. При этом есть немало фермеров, которым просто негде пасти овец. Но так долго продолжаться не может, и рано или поздно этот вопрос решится.

-  В Казахстане 187 млн. га пастбищ, из них, по нашим подсчетам, 70% находится в пустынных и полупустынных зонах, которые исконно являются зонами разведения овец и лошадей, — включается в наш разговор Каирлы Омашев. — Для КРС нужны пастбища, которые имеют травостой высотой не менее 10 см. Если такого травостоя нет, то корове тяжело пастись. А вот у лошади и овцы зубная система сформирована так, что они передними резцами выщипывают траву и могут пастись на пустынных и полупустынных пастбищах. Наибольшее количество кормовых трав съедает овца, она всеядная и может поедать более 400 видов трав. Лошадь может поедать более 200 трав, корова — более 100. Овцы могут пастись на любом рельефе: равнинах, сопках, впадинах. Словом, могут добывать корм там, где другие виды скота его добыть не могут.

– Какой вопрос сегодня вы бы назвали самым актуальным в овцеводстве? — спрашиваю у Кенесхана Абдильденова.

– Самый главный вопрос — это кадры. После окончания сельхозинститута выпускники не идут работать в ветврачи, зоотехники. У нас в овцеводстве большая нехватка не только специалистов с высшим образованием, но и рядовых работников – чабанов. Мы неоднократно писали руководству Минсельхоза и другим вышестоящим организациям и предлагали сделать чабанскую профессию почетной, как это было в советское время. И здесь государство должно внести свою лепту. А сейчас в чабаны берут случайных людей. Слово «чабан» стало чуть ли не ругательным. До сегодняшнего дня проблема чабанов не решена. Мы предлагали им сделать льготы, раньше отправлять на пенсию, бесплатно учить их детей, потому что чабан оторван от семьи и всю жизнь кочует. Минобразования, Минсельхоз и Минтруда должны решить вопрос и предоставить льготное поступление для детей чабана в вузы. А также подумать над вопросом морального стимулирования. Почему у нас чаще награждают бизнесменов, а не работников массовых профессий? Ведь это стимул для работы.

– Но ведь вам любое министерство скажет, что вы занимаетесь бизнесом, получаете доход, вы и нанимайте чабана на работу, создавайте ему условия, увеличивайте зарплату…

– Но представьте ситуацию. У чабана пятеро детей. Их нужно где-то содержать. Интернатов нет. Школа далеко. Если дети идут в школу, им нужно где-то постоянно жить, а на это нужны средства. И много других возникает забот. Фермеру не под силу взять их все на себя, он должен заниматься бизнесом и решать вопрос получения дохода, иначе ему нечем будет оплачивать труд того же чабана. Даже если зарплату чабану довести до 400 тысяч тенге, эта проблема не решится. К примеру, 1 сентября ему нужно будет думать, как по родственникам распределить своих детей, чтобы они пошли в школу. Нередко его супруга должна оставаться в городе или в селе, где учатся дети, и смотреть за ними. В итоге чабан остается один. И каждую неделю будет отпрашиваться с работы, чтобы увидеться с семьей. Государство здесь не должно самоустраняться.

– А сколько чабанов нужно стране? — задаю вопрос Каирлы Омашеву.

– Нужно исходить из того, что на отару в 500 овец должен быть один чабан, его жена в качестве повара и помощник чабана. Итого три человека. Для них должен быть социальный пакет — льготное поступление детей чабана в институт, бесплатное медицинское обслуживание. Раньше за хорошую работу чабану машину дарили, присуждали Героя соцтруда. Это был отличный стимул для работы.

По состоянию на 1 января 2019 года, по данным МСХ РК, в стране было 16 млн. 300 тыс. овец. Из них 800 тысяч голов было в крупных агроформированиях, 6–7 млн. — в фермерских хозяйствах, имеющих свыше 500 голов овец. Остальное поголовье (7–8 млн. голов) находится в личном подворье, этих овец жители аулов сами пасут, и для них не нужен чабан. Если 8 млн. голов овец, находящихся в организованных фермерских хозяйствах, разделить на 500, получается, что в стране должно быть 16–20 тысяч чабанов. Для государства это небольшое количество для соцподдержки. Но из-за нехватки кадров некоторые фермеры увеличивают нагрузку на работающих чабанов до 1000 голов овец.

(Полную версию статьи читайте в журнале «Аграрный сектор» №4 (42) за декабрь 2019 год).

 

 

 

Журнал можно приобрести в редакции в Нур-Султане по адресу: Бейбитшилик,18, офис 201, тел. раб.: +7(712)23-84-36, сот. +7 701 3423046.

В Костанае журнал реализуется в киосках «Твой шанс».

Заявки на подписку журнала принимаются как в редакции, так и на сайте журнала www.agrosektor.kz, в разделе «Подписка».

 

 

Bonfanty
Kazseed

Еще новости

Все новости
Данный сайт использует файлы cookie для правильного функционирования и сбора анонимной статистики о пользователях с помощью службы Google Analytics и Яндекс.Метрика для повышения удобства использования нашего веб-сайта. Если вы не согласны с тем, чтобы мы использовали данный тип файлов, то вы должны соответствующим образом установить настройки вашего браузера или не использовать сайт.