Важные темы агропрома

Николай ЛАТЫШЕВБЛОГ РЕДАКТОРА
ЗРИ В КОРЕНЬ!

непричесанные мысли о сельском хозяйстве

Germfny
Volgograd
UgAgro 18
Вы здесь: Главная » Аграрные темы » Елдос АУЕЗБЕКОВ: «Мошенничество с зерном бьет по репутации рынка страхования…»

Елдос АУЕЗБЕКОВ: «Мошенничество с зерном бьет по репутации рынка страхования…»

Сельское хозяйство задыхается из-за недостатка денег. Об этом на недавней коллегии Министерства сельского хозяйства РК заявил глава ведомства, а по совместительству – заместитель премьер-министра Умирзак ШУКЕЕВ. Одной из причин финансового голодания отрасли эксперты называют низкую прозрачность АПК и несовершенство инструментов страхования. Эксперт в области страхования, глава компании «Agroinsurance» Елдос АУЕЗБЕКОВ считает, что развиваться рынок будет с помощью новых технологий. Он рассказал, какие новшества придут на рынок страхования Казахстана уже в 2018 году.

- Елдос, вы утверждаете, что действующие механизмы страхования в аграрной отрасли не совсем эффективны. Каковы доводы?

- Для примера взять страхование ГПО, то есть страхование гражданско-правовой ответственности ХПП и элеваторов перед держателями зерновых расписок по договорам хранения. Нужно понимать, что уровень загруженности ХПП и элеватора величина не постоянная. То есть один-два месяца она может быть 50-70%, но в остальные месяцы находится на уровне 20%. Цифры взяты не с потолка. Мы проанализировали работу практически всех хлебоприемных предприятий страны. Говоря простым языком, только в сентябре и октябре элеваторы заполнены на 70-90%, а если взять среднюю загруженность за 12 месяцев, получается в районе 20%. Хлебоприемные предприятия должны либо участвовать в системе гарантирования исполнения обязательств по зерновым распискам от «КазАгроГаранта», либо застраховать хранящийся у него объем зерна. Условно говоря, если на элеваторе емкостью 100 000 тонн в сентябре лежит 70 000 тонн, то на 70 000 тонн он и страхуется. Но договора о страховании заключаются не на 2 месяца, а на год. Выходит, остальное время элеватор платит «за воздух». Зачем ему переплачивать?

- Странно слышать такие рассуждения от руководителя компании, занимающейся страхованием. Переплачивают ведь элеваторы именно страховым компаниям, не так ли?

- Времена меняются. Нужны новые инструменты. Мы должны думать не о сиюминутной выгоде, а о развитии всего сектора. Чтобы стать привлекательным для кредитования, для инвестиций, рынок должен быть прозрачным. Мы совместно с международным страховым брокером «SP Malakut» более года назад обратились в АО «Информационно-учетный центр» со своими предложениями по развитию рынка и нашли понимание. Сейчас совместно занимаемся внедрением новых инструментов страхования. Так вот, возвращаясь к вопросу ГПО хлебоприемных предприятий, площадка minagro.kz позволяет с точностью до 1 кг и на каждый конкретный день рассчитать размер страховой премии. Это позволит сэкономить более чем в два раза.

- Сэкономят элеваторы?

- В конечном итоге, сэкономят фермеры. Дело в том, что стоимость страхования закладывается в услуги по хранению зерна по договорам между ХПП и сельхозтоваропроизводителем.

- Чем предлагаемая схема отличается от действующей?

- Мы предлагаем страховать не на 70, а на 20% от технической емкости. То есть, если взять тот же «стотысячник», то страховать нужно будет 20 000 тонн, однако автоматизированная система, разработанная АО «Информационно-учетный центр», будет вести ежемесячный мониторинг. Допустим, заключил в сентябре договор страхования на 20%, на 12 месяцев. Мы берем срез на 1 октября. Смотрим назад на 30 дней, было ли превышение этих 20%. Если была загрузка, допустим, на 25%, то эти 5% и разбиваем по дням. То есть берем количество зерна свыше 20%, умножаем на количество дней и тем самым рассчитываем сумму к доплате премии. Это существенно сократит расходы элеваторов на оплату страхования.

- Что если было превышение, и в этот момент случилось наводнение? Зерно пропало. Как быть?

- Допустим, наводнение случилось, когда загруженность была 25%, то есть на ХПП было 25 тысяч тонн. Страховая компания возмещает за потерю этих 25 тонн, но ХПП по итогам месяца доплачивает страховую премию за тот объем, который был выше 20%. То есть при заключении договора на хранение 20 000 зерна уже были застрахованы, и элеватору остается доплатить страховую премию за остальные 5 000 тонн. Это как бы страхование в кредит на месяц. Соответственно, ни о какой переплате страховой премии не может идти речь.

Сегодня есть ещё один вариант развития событий. Допустим, элеватор на момент заключения договора страхования заполнен на 10%. Он заключает на эти самые 10%. На примере элеватора емкостью 100 000 тонн это 10 000 тонн. Но, когда в сентябре идет уборка, и в нем находится 70 000 тонн, получается, что остальные 60 000 тонн не застрахованы! Это тоже большая проблема. Большие риски. И потенциальные кредиторы, потенциальные инвесторы знают о них.

- Хорошо. Что насчет тарифов?

- Сегодня есть те, кто страхует под 0,5 или под 0,1%. Слишком низкие тарифы – признак формальности. Здесь участники стараются соблюсти нормы законодательства.

Для примера возьмем 0,3%. Если элеватор страхует объем 70 000 тонн зерна, при средней цене в 40000 тенге за тонну, то с тарифом 0,3% он должен будет заплатить страховой компании 8,4 миллионов тенге. И не забываем, что эти деньги он возьмет у агрария в качестве оплаты за свои услуги.

Внедряемая нами система будет работать по тарифу 0,18%. Берем этот тариф для 20%, то есть 20 000 тонн, также при цене 40000 тенге за тонну – получается 1,44 миллиона тенге. Да, по результатам ежемесячного мониторинга хлебоприемному предприятию, возможно, придется доплатить за те пару месяцев, когда загрузка будет максимальной, но в любом случае элеватор оплатит страховую премию в районе трех-четырех миллионов тенге. Как видите, экономия существенная.

- Есть ли разница по выплатам, в случае наступления страхового случая?

- Нет. Покрытие одинаковое. Сумма одна будет, что по старой системе, что по новой.

- Допустим, предлагаемая схема выгодна элеваторам, а в конечном итоге – фермерам. Но какова выгода от этих новаций для страховых компаний? Согласитесь, получить 8,5 млн. тенге или 4 млн. тенге – это две большие разницы.

- От прогресса никуда не деться. Мы предложили такой вариант потому что видим, какие существуют проблемы на рынке страхования зерна. Основная задача какая? Элеватор закладывает эти расходы по страхованию в стоимость за хранение, то есть в любом случае деньги платит сельхозтоваропроизводитель. Главная задача – аграрий не должен платить лишние деньги за несуществующий объем зерна, то есть, чтоб стоимость хранения на элеваторах и ХПП была ниже существующей. И тут не вина элеваторов, потому что никто не делал анализ, не проводил мониторинг, который стал возможен с внедрением как раз-таки электронных зерновых расписок. Они сами не понимали до конца, за что конкретно они платят. Сейчас, когда есть данные для анализа, они от нас узнали, насколько много они переплачивают за страхование воздуха.

- Чтобы было понятно, что выиграет фермер? Какую долю в стоимости за хранение составляют расходы на оплату страховки?

- Я не знаю, каков алгоритм, как и из чего формируется эта самая сумма «за хранение» за тонну. На каждом элеваторе и ХПП свои условия и требования. Но, допустим, за хранение тонны зерна из 100% думаю примерно 5% – это доля расходов на страхование. То есть если 100 тенге, то 5 тенге – это расходы фермера на страхование. Если работать по новой системе, это будет уже не 5 тенге, а 2 тенге. Цифры отвлеченные, просто чтобы было понятен сам механизм.

- Но при этом необходимо, чтобы элеватор использовал только электронные зерновые расписки?

- Да, и это правильно. Во-первых, мы исключаем переплату страховой премии. Во-вторых, исключает «недострахование», то есть когда он условно 10% застраховал, и несколько месяцев в году у него там 70% заполнено от емкости и даже выше, когда идет уборка. Эти два фактора исключаются.

Забыл пояснить ещё одно ключевое отличие – содержание договоров на хранение. Сегодня в договоре страховой случай прописан следующим образом, на примере одного такого договора: «Неисполнение или ненадлежащее исполнение ГПО элеваторов перед держателями зерновых расписок по договору хранения, в следствии пожара, удара молний, наводнения и возможной катастрофы пилотируемых объектов». Всё. Они делают акцент в страховании на эти вот четыре риска. То есть ответственность наступает только в том случае, если будет пожар, наводнение или иное стихийное бедствие. В нашем договоре прописано следующим образом: «Неисполнение или ненадлежащее исполнение ГПО ХПП и элеваторов перед держателями зерновых расписок по договору хранения». Точка. Это защищает интересы фермеров, защищает интересы кредиторов, в случае, если фермер захочет оформить кредит под залог своего зерна. Хотя не скажу, что наш проект договора идеальный для элеватора, для фермера. Мы внесли ряд исключений, вроде «таинственного исчезновения зерна без фактов взлома»…

- …и такое было?

- Раньше такое прописывалось в договорах, может быть, не всегда такими конкретно словами, но суть одна. Мы подобные пункты исключили, потому что не может быть такого в принципе. Если это хищения или мошенничество со стороны элеватора, страховая компания не должна покрывать подобные риски, иначе будет большой соблазн заняться именно хищением и мошенничеством. Если вы помните, два года назад был большой скандал с потерянными куда-то 7 миллионами тонн зерна. Такие истории не должны повторяться – это плохо отражается на рынке, на привлекательности для кредитования отрасли и инвестирования в АПК.

Кроме того, мы исключили такие пункты как гниение зерна. Мы считаем, если у тебя на элеваторе гниет зерно, значит нарушена технология его хранения и обработки. Страховые компании говорят, чтобы элеваторы не шли на мошенничество и не покрывали за счет страхового покрытия собственные пробелы в технологии хранения, нужны такие исключения. Я лично считаю это правильным и справедливым. Поэтому такие исключения были сделаны.

Возможно, в будущем такие условия будут изменены, когда у общества, у фермеров, у государства будет больше доверия к рынку услуг по хранению зерна. Но на это нужно время, пока то или иное ХПП или элеватор заработают себе хорошую репутацию.

- Вначале разговора вы обмолвились о ряде внедряемых продуктов на рынке страхования. С гражданско-правовой ответственностью хлебоприемных предприятий все более или менее понятно. Какие еще новшества нас ждут?

Второй продукт – страхование зерновых расписок, как имущества. То есть, он нужен в том случае, когда человек хочет под залог своих зерновых расписок получить кредит. То есть, когда простой потребитель берет ипотеку, банк заставляет застраховать эту квартиру или дом. Если покупает машину в кредит, то банк требует застраховать машину – АвтоКАСКО. Здесь тот же самый принцип, когда финансовый институт кредитует, под залог движимого и недвижимого имущества, то это имущество должно быть застраховано. Преимущество этого продукта в том, что у него есть международное перестрахование с рейтингом «А» от Standard&Poor’s. То есть это автоматически делает такие залоги надежными, что благоприятно скажется на кредитовании сельскохозяйственной отрасли.

- Наверное, самый главный вопрос по страхованию, который мы пока не обсудили, – страхование в растениеводстве. Что на этом фронте?

- Вы правы. Это волнует очень многих. Но пока продукт в процессе реализации. Мы сейчас работаем над ним. Могу сказать, что мы рекомендуем Минсельхозу внедрение добровольного индексного страхования. Но будет переходный период. Никто не будет отказываться в одночасье от работающей, хоть и «хромающей» системы страхования в пользу пока ещё новой для рынка системы страхования. В разрабатываемой нами системе страхования международным страховым брокером «SP Malakut» проработано участие международного перестраховщика с рейтингом «А». Он будет гарантом для местной страховой компании, которая может осуществлять такую деятельность на территории РК.

- Для рядового фермера что изменится?

- Допустим, фермер застраховал свой урожай, и с июня по август урожайность его не достигла определенного уровня. Он уведомляет страховую компанию в электронном формате, через личный кабинет на сайте minagro.kz. Если система «Агромонитор» подтверждает данную информацию на основании мультиспектральных космоснимков, то автоматически идет выплата. То есть здесь не нужно комиссий, разбирательств в суде и так далее. Фермеру не нужно самому доказывать, что он потерял урожай.  Данные космоснимков с точностью до квадратного метра это подтвердят.

Сейчас проблемы какие? Вот есть обязательное страхование в растениеводстве. Фермер, например, владеет 500 га земли. Он якобы засеял 500 га, но по факту засеял только 100 га. В августе он заявляет, что, соответственно, он посеял 500 га, но из-за погоды у него погибло 400 га. Местные комиссии физически не могут объехать и просмотреть каждый гектар этого фермера, к тому же, тут есть риски коррупции, то есть подкупа членов комиссии. И вот, по знанию или не знанию, намеренно или нет, но комиссия соглашается с тем, что у него погибло 400 га. Таким образом, фермер получает страховые выплаты, половину из которых оплачивает государство. То есть схема непрозрачная, подверженная риску коррупции и неоправданных бюджетных затрат.

В новом формате данные о гибели посевов и вообще о проведении работ на полях подтверждаются либо опровергаются «Агромонитором» – программы «Информационно-учетного центра». На мультиспектральных снимках из космоса всё четко видно, с точностью до квадратного метра, также определяется индекс урожайности, индекс вегетации и прогноз погоды на данном участке. При этом есть архив, и можно взять данные за любой период. Таким образом, исключается мошенничество со стороны недобросовестных фермеров, недобросовестных членов комиссий.

- В проекте звучит все логично и красиво. Как будет на практике? Например, по тарифам?

- О тарифах пока говорить рано, потому что мы продукт пока до конца не реализовали. Это вопрос ближайших трех-четырех недель. Есть уже партнер с высоким международным рейтингом для перестрахования. Теперь работаем с казахстанскими компаниями и обговариваем условия сотрудничества.

- Простите за дилетантский вопрос, но почему иностранным компаниям нельзя напрямую заниматься страхованиям у нас?

- Это запрещено законодательством. Они могут работать, но только в части перестрахования рисков, принятых местными страховыми компаниями. Но это тоже только до 2020 года, далее в рамках соглашении ВТО иностранные компании смогут зайти на рынок и работать напрямую. Поэтому немаловажным моментом для местных компании является занять позиции на рынке и зарекомендовать себя. Конкурировать с зарубежными компаниями с 300 летней историей будет сложно.

- А что с так называемыми ОВС, то есть обществами взаимного страхования? Они ведь занимают значительную долю рынка. Как они впишутся в новые условия страхования? Смогут ли использовать упомянутые вами инструменты или на рынке останутся только страховые компании?

- Как я уже говорил, от обязательного страхования сразу, в один день никто не откажется. На заседании в Правительстве, когда выступал Кайрат Айтуганов, на тот момент первый вице-министр сельского хозяйства, он говорил о страховании. Насколько я помню, он сказал, что пройдет переходный период в течение пяти лет, и только потом государство откажется от старой схемы. То есть будет работать обязательное страхование в том числе через ОВС. Но в действительности, по ОВС вопрос очень сложный, потому что ОВС не регулируются ни МСХ, ни Нацбанком. По ним ситуация пока неясна, вопрос висит в воздухе.

- Опять же, в интересах рядовых фермеров не могу не спросить о тарифах. Здесь также они будут снижены?

- Нет. Здесь наоборот необходимо их поднимать, потому что действующие тарифы слишком низкие. Некоторые ОВС еще и «демпингуют», что делает рынок слишком рискованным. Сейчас, это примерно 60-120 тенге за гектар. Это очень мало. Они должны быть пересмотрены в сторону увеличения.

- И после этого, когда тариф вырастет и страхование станет добровольным Вы, надеетесь, что к вам придут фермеры страховаться?

- Я понимаю подоплеку вопроса. Но если фермеру нужны будут заемные средства, кредиты, то он придет страховаться, потому что банкам выгоднее и надежнее работать с теми, кто застрахован. Банки с удовольствием будут кредитовать фермера, если у него такое индексное страхование, потому что они будут уверены на 100%, что расходы покроются в случае неурожая. Причем оценка урожайности будет максимально объективной и прозрачной. И такое страхование, то есть индексное страхование, снимает проблемный вопрос с отсутствием залогов у фермеров.

И ещё очень важный момент. По нашему проекту индексного страхования было бы идеально, если половину премий оплачивало бы государство. То есть государство откажется от покрытия 50% выплат при наступлении страхового случая, как это делается сейчас, в пользу покрытии 50% страховой премии. Допустим, фермеру при индексном страховании нужно оплатить 400 тенге за га. Так вот, при таком формате 200 тенге за него оплатит государство. Если урожая нет, то покрывать убытки фермера будет только страховая компания. Это существенное различие, которое на руку государству. То есть сейчас мы имеем непрозрачную систему страхования, подверженную риску мошенничества и коррупции, которая ещё и затратна для государства. Мы же хотим убрать «обязаловку» и сделать страхование прозрачным.

При этом, скажу, что работа ведется не только по страхованию в растениеводстве. Мы работаем над продуктами по страхованию сельхозтехники, страхованию КРС и мелкого рогатого скота, а также по страхованию грузов, то есть сельхозпродукции. Во всех этих продуктах предусмотрены цифровизация и перестрахование. Это повысит доверие к отрасли, а значит, привлечет финансы.

 


Автор: Вячеслав КИМ

Просмотров: 489

На печать: На печать

Опубликован: 19.02.2018 | 15:54

Метки: Казахстан, «Agroinsurance», Елдос АУЕЗБЕКОВ, новые схемы страхования АПК.

Категории Аграрные темы

Budanov
Kupit knigi
Петкус
Bonfanty
Agroshymkent
Артстатус книга
Sady Rossii
Kiev -AGRO_banner

Поиск по новостям