Важные темы агропрома

Николай ЛАТЫШЕВБЛОГ РЕДАКТОРА
ЗРИ В КОРЕНЬ!

непричесанные мысли о сельском хозяйстве

Баннер 3 Немецкая биржа
Fiton
Shimkent
Agrocompetenzii
Вы здесь: Главная » Аграрные технологии » Роман УЮТОВ: о бизнесе, агротехнике и правильном понимании прибыли

Роман УЮТОВ: о бизнесе, агротехнике и правильном понимании прибыли

Представляем читателям журнала "Аграрный сектор" материал о нашей поездке в Калининградский НИИСХ и научных разработках института, которые сегодня востребованы сельхозпроизводством как в России, так и в Казахстане. Но в ходе поездки в Калининградскую область захотелось также посмотреть, как работают местные агропредприятия, какие они применяют агротехнологии. Такой случай не заставил себя долго ждать. Мы встретились с Романом Уютовым, директором ЗАО «Залесское молоко», которое находится в Полесском районе Калининградской области, и задали все интересующие нас вопросы. В хозяйстве Роман Уютов работает 13 лет. Закончил агрофак «Тимирязевки» и был приглашен в качестве агронома в это хозяйство.

 Удои росли благодаря технологиям

− Роман Геннадьевич, расскажите о хозяйстве. Как шло его становление?

− У нас сегодня сформирована группа хозяйств. Мы начинали работу на рынке в 2003 году. Тогда это было одно предприятие на месте бывшего совхоза «Залесье». Хозяйство было комплексное, занималось растениеводством и молочным скотоводством. Изначально проект был создан совместно с немецкими партнерами, площадь пашни составляла около 2 тысяч га с поголовьем около 400 голов. Мы начали с привязного содержания коров черно-пестрой породы. Но уже в первый год стало ясно, что при существовавшем подходе молочное хозяйство − дело убыточное. Поэтому мы начали усиленно работать над кормопроизводством и повышением продуктивности стада. За два года мы вышли на надои 5-5,5 тысяч литров молока. Но это также не отвечало нашим требованиям, так как производство все равно оставалось убыточным. В 2007 году было принято решения переходить на другую технологию, и мы стали строить другие фермы и завозить коров голштино-фризской породы из стран Европы. В 2008 году наше предприятие стало участником нацпроекта, и по этой программе мы построили первый коровник на 1 000 дойных коров. Затем завезли коров из Германии и Нидерландов. Соответственно, сразу вышли на другие результаты − стали получать 8 000 литров молока и более. Однако по-прежнему нас не устраивало кормопроизводство. Кукурузный силос, травяной сенаж и вообще урожайность и качество кормов сильно отставали от потребностей завезенных высокопродуктивных коров. Выходить на большие надои без хорошего кормопроизводства было невозможно. Поэтому мы стали работать в этом направлении. К этому времени наше хозяйство уже разделилось на два производственных направления − растениеводство и молочное производство. К 2013 году образовалось отдельное молочное производство (включая и сами фермы) и отдельно кормопроизводство.

− Получилось две отдельные бригады?

− Больше − это отдельные юридические лица. Мы все объединены общими акционерами в холдинге. На сегодня существуют три фермы, каждая из которых имеет от 1,5 до 2,5 тысяч коров. Все эти фермы работают самостоятельно, имеют свои подходы, со своим рационом. Корм для всего этого поголовья производит отдельное предприятие, которое реализует его на рыночных условиях. Корма продаются по цене, которая зависит от базовых показателей качества, плюс премия за белок и энергетическую ценность. Под кормопроизводство отведено около 4,5 тысячи гектаров. Выращиваются многолетние травы, кукуруза, люцерна. А общее поголовье скота на трех фермах составляет около 6 тысяч. Четвертое наше хозяйство занимается племенным выращиванием молодняка, имеет соответствующий статус племенного хозяйства. В нем ежегодно выращивается около 5,5-6 тысяч нетелей.

− Хозяйство реализует их на сторону?

− Это хозяйство реализует племенной скот и для других наших хозяйств, и в российские регионы продает. Для своей фермы в настоящее время из Европы коров мы практически не завозим, так как там сейчас качественный скот стало сложно найти. А все из-за того, что несколько лет подряд на него был высокий спрос. В итоге качественный скот быстро скупали и зачастую в последние годы продавались нетели далеко не самые лучшие. Сегодня мы скот из Европы не завозим, но работаем с племобъединениями по подбору спермы, чтобы она отвечала требуемым стандартам качества. В последние годы работаем с сексированной спермой. Закупаем ее в Германии. Это позволяет гарантированно получать в приплоде только телочек. Если говорить о моем направлении работы, то я возглавляю растениеводческий сектор.

 Агротехника в растениеводстве

Какие культуры выращиваются в хозяйстве?

− Три наших хозяйства имеют около 11,5 тысячи гектаров пашни, не считая пастбищных земель. У нас на 25% площади (и это максимально возможный уровень) выращивается озимый рапс, хотя для нас это и рискованная культура. Мы также сеем озимую пшеницу и яровой ячмень. Иногда сеем яровой рапс, но это у нас больше страховая культура. Следует заметить, что яровой рапс у нас дает 1,5-2 тонны на гектар, а озимый – от 3 тонн и выше. К примеру, в прошлом году мы получили 49 центнеров озимого рапса на гектар. Также в хозяйстве выращиваем кукурузу на зерно. В итоге у нас севооборот выглядит следующим образом: озимый рапс, озимая пшеница, ячмень, кукуруза. Но в схему севооборота иногда вмешиваются различные факторы, из-за которых мы его корректируем. Например, площади кукурузы на отдельных полях лимитирует такой фактор, как наличие диких кабанов. Есть участки, где кукурузу из-за этого невозможно сеять – они ее просто уничтожат. Стадо кабанов кукурузу просто «укладывает» большими массивами.

− Почему рискованно заниматься озимым рапсом? Ведь вся Европа его сеет?

− В последние годы у нас зимы были бесснежные и холодные. И есть риск вымерзания озимого рапса.

− Какую защиту от вредителей применяете в посевах?

− Защита у нас находится на отличном уровне, так как мы используем интенсивную технологию. И для получения высоких урожаев мы делаем немалые затраты. К тому же используем близость европейских стран и стараемся внедрять все новые достижения, которые там появляются, в наше производство.

Зачастую у нас сейчас более передовые технологии, чем у наших соседей в Литве и Польше, где много ферм с площадью всего 30-50 гектаров. Мы же используем все преимущества крупной фермы для интенсивного ведения агробизнеса.

− Не бывают проблем с затягиванием созревания, учитывая ваш влажный климат?

− У нас нет таких проблем. Более того, у нас уборка озимых зерновых начинается в конце июля − начале августа, когда погода обычно благоприятная для созревания и уборки. Но в этом году было очень много осадков, почти вдвое выше нормы − в июле выпало более 200 мм, в августе − более 300 мм. Это отрицательно сказалось на качестве зерна и урожайности, даже ЧС объявили из-за переувлажнения. Мы не могли убирать урожай из-за проливных дождей. Для тех, кто занимается только зерновыми культурами, ситуация была очень сложной − они несли большие потери – наблюдались такие явления, как полегание посевов и осыпание, что привело к снижению урожайности и качества. Возникли проблемы с реализацией зерна. К тому же посевы были массово поражены целым рядом болезней и сильно засорены, особенно у тех, кто вовремя поля не обработал или не смог их обработать. Так что экономия на химии сильно ударила по доходам.

− Пары держите?

− В них нет никакой необходимости. Агротехнология с наличием пара характерна больше для южных регионов, хотя я всегда считал ее и для юга вредной. «Паровую» технологию я не понимаю, хотя есть хозяйства, в которых пары есть всегда. Но эффективность паров у всех очень разная и нередко они не дают никакого существенного результата. Пары нужны для введения в севооборот неиспользуемых земель, для приведения полей в порядок и борьбы с сорняками на этих запущенных землях. Для нас более актуальным вопросом является мелиорация − это и дренаж, и известкование почв, и внесение удобрений.

− Какие гибриды кукурузы выращиваете?

− Сейчас на рынке большой выбор гибридов. Мы в хозяйстве в основном выращиваем гибриды таких компаний, как KWS и Pioneer. При этом кукуруза на зерно идет с ФАО 170-210, на силос − ФАО 200-240.

− Созревание зерна нормально проходит?

− Год на год не приходится. В этом году обильные осадки отрицательно влияли на процесс созревания зерновых, но зато очень благоприятны для кукурузы, которая созревает позже. На этот период как раз пришлась достаточно жаркая погода без осадков. Но влажность зерна кукурузы из-под комбайна составляла около 35%. В итоге у нас были большие затраты на сушку, так как нужно было сбросить 20% влажности, а это занимает третью часть себестоимости. По этой причине кукурузу на зерно в нашем регионе немногие фермеры выращивают.

− Зерно кукурузы для каких целей используете?

− Зерно для фермы мы не сушим, а консервируем в сыром виде. А сухое зерно идет либо для нужд калининградских птицефабрик, либо на экспорт.

− Каково соотношение в производстве силоса и зерна кукурузы в вашем хозяйстве?

− Каждое хозяйство исходит из собственных потребностей. В нашем хозяйстве около 1 000 гектаров кукурузы идет на силос (при урожайности выше 40 тонн на гектар) и около 300-350 гектаров − на корнаж (целая кукуруза с кочерыжкой). Мы заготавливаем еще влажную плющенную кукурузу (без кочерыжки) и сухую кукурузу. В общем, применяем четыре технологии заготовки кукурузы. Если говорить в целом, у нас сейчас нет одной культуры, которая бы ежегодно была отличного качества и давала стабильный доход по годам. В один год отличные результаты дает кукуруза на зерно, в другой год рапс «выстреливает», в третий − пшеница... Поэтому диверсификация здесь нужна. С кормопроизводством ситуация более ровная. Бывают годы, когда мы можем сделать 6 укосов трав, бывает меньше, но объем заготавливаемых кормов стабилен по годам, тогда как в растениеводстве бывают годы, когда даже урожай соломы может серьезно отличаться по годам.

− Какие многолетние травы выращиваете?

− Мы используем смеси многолетних трав с райграсами, овсяницей и клевером. Такая смесь у нас идет на сенаж.

− Сено не заготавливаете?

− Сено − это уже вчерашний день, так как хорошее сено − дорогое удовольствие, и его в небольшом объеме можно заготавливать только для телят. Основной корм, который мы даем животным − сенаж.

− Насколько затратны защита растений и применение удобрений?

− При наших урожаях, климатических условиях и технологии у нас более 10 тысяч рублей на гектар составляют затраты на удобрения. Стоимость защиты рапса также приближается к 10 тысячам, по пшенице и кукурузе − меньше. Мы даем растениям полный комплекс удобрений. Один лишь азот без основного питания − это деньги на ветер.

− Как вносите удобрения?

− Мы все вносим раздельно − калий, фосфор, магний и кальций. Каждые 5 лет проводим агрохимический анализ почвы. Азот вносим исходя из обеспеченности и планируемого уровня урожая. При этом у нас в области большая проблема с РН почв (в среднем по нашим хозяйствам она составляет 5,5). А получение высоких урожаев требует вносить высокие дозы азотных удобрений, которые также подкисляют почвы. Последнее известкование проводилось 20 лет назад. Поэтому тут нужно внимательно смотреть, что и как вносить на каждое поле и под каждую культуру.

Вот, например, поле, на котором будет высеваться рапс. Предварительно я смотрю агрохимическую картограмму. Исходя из этих данных, планирую дозы удобрений с учетом выноса рапсом с урожаем тех или иных элементов питания. И так по каждой культуре. Мы также проводим подкормки, каждый раз корректируя дозы внесения удобрений исходя из реальной ситуации. Мы также стараемся вносить органические удобрения и прежде всего навоз. У нас есть специализированная техника по его внесению в жидкой форме. При этом внесение навоза на травах и под зерновые имеют разные технологии. В год мы вносим 200-250 тысяч тонн жидкого навоза. Придет время, когда мы сможем отказаться от минеральных удобрений и будем вносить только органические. И это время, считаю, придет очень скоро. Конечно, внесение органических удобрений обходится дороже, чем минеральных, так как внесение навоза очень дорогой процесс. Но это тот неизбежный компромисс между растениеводством и животноводством. Мы у хозяйств покупаем навоз по цене, которая исходит из содержания в нем действующего вещества, а хозяйства нам платят за его внесение. И если хорошо поработать, то можно добиться того, что этот процесс для хозяйств перестанет быть убыточным. В чем была основная проблема советского сельского хозяйства? Никто не считал затрат. Нужно было вносить навоз, и его вносили, независимо от того, дорого это или дешево. Сегодня у одних проблема − вывезти с фермы навоз, а у других − найти средства его купить и внести в почву. Но рыночные отношения приводят к балансу, когда это выгодно и продавцу, и покупателю. Рынок приводит иногда к такой ситуации, что мы получаемое зерно на полях зачастую не даем своим коровам, мы его отправляем на экспорт по более высокой цене. А зерно покупаем у соседей по более низкой цене и ниже качеством по показателям протеина, которое больше подходит для кормления животных. Конечно, в нем не должно при этом быть каких-то микотоксинов или опасной сорной примеси, чтобы не ухудшилось здоровье животных. В итоге можно выиграть и на зерне, получив прибыль, и на молоке, тоже ее получив. Что нередко бывает на производстве − в кормлении используют и комбикорм, и грубые корма, и зерно, а на выходе получают какой-то один продукт − литр молока или килограмм мяса. После их реализации фермер начинает считать затраты. И сложно понять, на каком этапе были менее эффективно потрачены средства и где можно было бы сократить издержки на протяжении всего этого процесса − от момента подготовки семян к посеву до реализации урожая. Трудно найти слабое звено в этой цепочке. Когда мы это поняли, то все свои структуры разделили не на бригады, а на юридические лица, у каждого из которых есть свой критерий эффективности. Поэтому у нас сейчас 11 юридических лиц вместо одного большого колхоза.

− Наверно, эффективно управлять всем этим многообразием юридических лиц тоже непросто?

− Все зависит от того, как вы выстроите систему. В ручном управлении это невозможно. Важна короткая связь между менеджером каждого предприятия и всеми процессами. Раньше в совхозе, на базе которого мы сейчас работаем, числилось более 300 работников. На 7 000 гектарах у нас сейчас работает 50 человек вместе с работниками элеватора и сторожами. Процессы на поле, которые влияют на прибыль, я контролирую сам. А функции администрирования (финансовые, юридические) можно отдать на аутсорсинг. Это будет полезно и позволит менеджера освободить от функций, которые не влияют на прибыль. В этом и есть отличие рыночной экономики от плановой советской. В первой во главу угла поставлена прибыль. Но зачастую прибыль ассоциируется в массовом сознании с какой-то алчностью... Здесь не нужно путать понятия. Прибыль− это правильный стимулятор, и другого не дано. Если посмотреть в разрезе предприятия и в разрезе личности, то человек должен в семью принесли «денежку», чтобы прокормить своих домочадцев. Каждый из нас работает над тем, чтобы увеличить доход семьи. В разрезе предприятия должно быть тоже самое − оно должно заботиться о том, чтобы принести прибыль, из которой работнику можно будет платить достойную зарплату и платить налоги, чтобы в конечном итоге эта работа приносила дивиденды. А умелый руководитель эту задачу должен делегировать своим подразделениям − полеводству, элеватору, кормопроизводству, животноводству и т. д.

− Элеватор в вашей структуре работает отдельно?

− Элеватор юридически от нашего хозяйства не отделен. Он относится к растениеводству. Но он нелинейный, используется только для хранения урожая. И самое главное − здесь у нас ведется сушка, без которой в нашем климате невозможно. На элеваторе работает три немецкие сушилки. Емкость элеватора − 32,5 тысячи тонн для долговременного хранения плюс напольное пространство. Мы также еще и соседям помогаем – сдаем элеваторные площади.

− Какими особенностями отличаются ваши технологии в растениеводстве?

− Первая − прикорневое внесение удобрений. Вторая – использование гусеничной техники. Частично мы на гусеничную технику перешли, чтобы снизить давление на почву в наших влажных условиях. Вот посмотрите, если сделать небольшую прикопку, то можно увидеть ровный гомогенный горизонт глубиной примерно 40 см. И это все работает на урожай. Вы видите, что по всему горизонту распределена мелкорубленая солома. В таком состоянии она быстро будет разлагаться. И здесь очень важна работа комбайна: тщательное измельчение и хорошая работа со стерней. Эта солома за год-два минерализуется в почве. Этот процесс очень важен в наших условиях, когда выпадает много осадков, получается большая масса урожая, много почвенной микрофлоры и дождевых червей.

− Почвы у вас подзолистые?

− Да. Содержание гумуса невысокое – не более 3%. При этом довольно пестрый мехсостав: от тяжелых суглинков до легких.

О затратах и прибыли в животноводстве

− Коров держите на беспривязном содержании?

− Да, основную часть времени они находятся на беспривязном содержании, а в сухостойный период  на пастбищах.

− Каковы сейчас показатели надоя?

− От 9 000 килограмм и выше.

− Расскажите, как налажен сбыт молока?

− В нашем холдинге есть свой перерабатывающий завод с одноименным брендом. Он производит молоко, кисломолочные продукты, кефиры, йогурты, сметану, масло, творог.

− Выгодно заниматься переработкой?

− Переработка всегда более или менее стабильна. Если отработана технология, производится качественный продукт, имеется хороший маркетинг-план, то доверие потребителя завоевать несложно. А дальше нужно правильно оценивать емкость рынка. Наше хозяйство с брендом «Залесские фермеры» (молоко собирается с трех ферм) сейчас закрывает 60% молочного рынка Калининградской области. Это очень хороший показатель. Но производить молоко − не очень выгодно.

− Например?

− Из трех ферм одна имеет рентабельность 0,5-1%, другие две − около нуля. И очень большая волатильность − корова очень чутко реагирует на разные факторы: условия кормления, погоду, жару... И обращаясь к теме длинных инвестиций, можно понять, почему в России мало молочного сырья. При существующих условиях кредитования ферму за 8 лет не окупить, и речь идет только о получаемой продукции. Нужно учесть и другие затраты − ферму нужно еще и построить, нетелей закупить. При этом важно добавить, что на 1 голову скота должно приходиться 1,2 гектара сельхозугодий, которые нужно поддерживать в нормальном состоянии. К тому же как минимум 60 тысяч рублей оборотных средств нужно на оплату за использование земли и 120 тысяч на инвестиции в технику. Прибавьте к этому оборотные средства, необходимые для поддержания стада. Поэтому гораздо проще заниматься растениеводством, что многие фермеры и делают. Но для нас важен баланс между растениеводством и животноводством. И этот перекос, который в целом есть в сельском хозяйстве, − нездоровый. Если говорить о нашей Калининградской области, то у нас эта ситуация достаточно стабильная. Были реализованы программы правительства Калининградской области по поддержке животноводства, неплохо развилось свиноводство. Достаточно неплохо была реализована программа по молочному животноводству. Конечно, не все хозяйства пережили 2 кризиса, но те, кто остался, крепнут и развиваются.

− Какую долю себестоимости составляют субсидии по молоку?

− Субсидии, конечно, важны, потому что без них и эти малые 0,5% рентабельности не получим. Осуществляемая поддержка по кредитной ставке важна. Есть субсидии на литр молока. Есть поддержка племенного статуса животных. В растениеводстве поддержка государства намного слабее. При затратах в 50 тысяч рублей на гектар несвязанная поддержка составляет 200 рублей. Плюс какие-то копейки дает область. Вот и вся поддержка. На гектар затраты достигают до 25 тысяч рублей. Туда включены и затраты на мелиорацию, и высокая амортизация техники, и большая кредитная нагрузка. Затраты на выращивание рапса и озимой пшеницы тянут на 50 тысяч рублей на 1 гектар, а кукуруза − на все 60 тысяч. Если мы убираем урожай 5 тонн с гектара, то выходим по нулям. Поэтому мне надо собрать как минимум 7 тонн с гектара. При этом всегда есть риск, что цена на зерно может упасть.

− Не пробовали мясным животноводством заниматься?

− Мы этот вариант просчитывали, хотели поставлять бычков на мясо, но последний кризис отодвинул эти планы. В области есть такой гигант, как «Мираторг», у них мясное животноводство налажено и все получается. К тому же в мясном животноводстве породы должны быть мясные. Но в нашем случае себестоимость содержания мясного скота будет обходиться не дешевле, чем содержание молочного − у мясного скота очень длинный период окупаемости и много рисков. Сегодня никто не спрогнозирует, какие завтра будут цены на мясо, какая будет покупательская способность и как сложится масса других факторов, которые могут повлиять на цену мяса. Поэтому если у нас появятся лишние деньги и лишние гектары, мы, скорее, увеличим молочное производство, чем будем браться за мясное.

 

В поисках прибыльных культур

 После беседы в кабинете директора, мы выехали на поле, где шла осенняя обработка почвы.

− Что планируете сеять на этом поле? − спрашиваю, подходя к кромке поля, на котором разворачивался трактор, ведущий основную обработку почвы.

− Мы здесь посеем озимую пшеницу после ячменя. Глубина обработки почвы − 25 см.

− Какие сорняки чаще других встречаются в вашем хозяйстве?

− У нас очень распространены крестоцветные сорняки из-за особенностей климата, такие, как пастушья сумка, сурепка. И мы применяем эффективные способы борьбы с ними.

− Расскажите, какие операции были проведены на этом поле?

− Во время уборки комбайн измельчил и разбросал солому. После этого было сделано лущение неглубокой дисковой бороной с прикатыванием. И все это проводилось в августе. А затем идет основная обработка почвы, которая как раз сейчас на этом поле и производится на наших глазах.

− Каков обычно разрыв между лущением и основной обработкой?

− Все зависит от погоды и физического состояния почвы. Это поле мы дважды «проходили»» культиватором, так как было сыро, и надо было избавиться от излишней влаги. Поэтому вторая обработка является основной − она более глубокая (на 25 см). А дальше уже идет предпосевная обработка на 10-15 см, чтобы еще раз провести перемешивание горизонтов с заделанной соломой. Все это приводит к созданию хорошего предпосевного ложа и образованию пористой структуры. Вы видите, что структура почвы мелкокомковатая, хорошо крошится.

− Глубоко обрабатываете почву осенью?

− Это зависит от нескольких вещей: от объема органики, с которой нужно перемешать почву, от глубины корневой системы культуры, под которую мы проводим обработки, и от предшественника. К примеру, если у меня выращивается рапс, то перед посевом этой культуры мы делаем обработку на максимальную глубину, чтобы сформировался хороший стержневой корень. После рапса идет пшеница, под которую не нужно так глубоко обрабатывать почву, потому что корневая система рапса уже сделала эту работу. В итоге перед посевом рапса мы делаем осеннюю обработку почвы на 35 см, а после рапса достаточно глубины обработки на 10-15 см.

− Какая система оплаты труда у вас в хозяйстве?

− Есть две категории работников. Это работники среднего звена, у кого постоянная зарплата. Они получают оклад плюс доплату по результатам работы, в том числе и бонусы. И рядовые работники, которые трудятся сдельно.

− Имеющееся количество земли считаете оптимальным для вашего хозяйства?

− Методом расчета с учетом производственного опыта мы определили, что для наших условий одно хорошо управляемое хозяйство должно иметь не более 5 тысяч гектаров. Но затем мы скорректировали этот показатель до 7 тысяч гектаров при высоком уровне механизации и квалификации рабочих.

− Вы сою сеете для какой цели?

− Хотим найти культуру, подходящую для севооборота. При этом для нас важна погектарная выручка и рентабельность. В этом году я пробовал не только сою сеять, но и гречиху, и горох. И по всем трем культурам получен неплохой результат. В следующем году, думаю, больше посеять гречихи.

Под кукурузу глубину обработки сейчас держим 30 см. В следующем году здесь будет расти кукуруза, и ей нужен глубокий корнеобитаемый слой. Будет кислород, будут анаэробные бактерии работать, а значит, будет хорошо перегнивать солома.

− Вы сказали, что выращиваете гибриды кукурузы селекции компании KWS и Pioneer. Какой-то из этих двух компаний отдаете предпочтение или они для вас равны по значимости?

− Могу сказать, что на днях мы будем в хозяйстве проводить семинар по кукурузе, который называется «КВС против Пионера». Мы выступили инициаторами такого семинара. Эти две компании постоянно нам представляют свои новые гибриды, которые я испытываю на наших полях, а затем гибриды, показавшие лучшие результаты, внедряем в производство. Так что эти две компании конкурируют за право высевать свои гибриды на наших полях.

− Такая же конкуренция у вас и по технике?

− На наших полях работают самые современные комбайны компаний «Джон Дир» и «Клаас». У техники каждой из этих компаний есть свои преимущества. Процесс ее приобретения в Калининградской области упрощается тем, что у нас действует свободная экономическая зона. Правда, западная техника дорогая. Тем не менее мы были первыми в России, кто приобрел комбайн «Клаас» по товарному кредиту на 5 лет под 5%.

 

Беседовал Николай Латышев,

фото автора

Материал "Роман УЮТОВ: о бизнесе, агротехнике и правильном понимании прибыли" опубликован в  журнале "Аграрный сектор" в №1 (31) за март 2017 г.

Журнал «Аграрный сектор» можно приобрести в редакции по адресу: г. Астана, ул. Бейбитшилик, 18, офис 201, тел. раб.: +7 (7172) 23-84-36, или по подписке, которую можно оформить в редакции и на сайте журнала www.agrosektor.kz в разделе "Подписка".

Заявки на подписку принимаются по тел.: 8(7172)23-84-36 , +7 701 342 3046.


Автор: Николай Латышев

Просмотров: 411

На печать: На печать

Опубликован: 16.07.2017 | 20:45

Метки: Россия, Калининградская область, Роман Уютов, агротехнологии, растениеводство, животноводство.переработка, заготовка кормов.

Категории Аграрные технологии

Петкус
КазАгро 2017
Ukr
UgAgro 2017
AgroWorld 2017
Agrofarm
UG
Teplich
Chel

Поиск по новостям

Поиск по датам
Поиск по меткам

Введите ваш запрос для начала поиска.