Важные темы агропрома

Николай ЛАТЫШЕВБЛОГ РЕДАКТОРА
ЗРИ В КОРЕНЬ!

непричесанные мысли о сельском хозяйстве

Bashkir
Вы здесь: Главная » Аграрная аналитика » Полевой сезон - 2018

Полевой сезон - 2018

Учитывая большой интерес читателей к весенне-полевым работам и вообще к агрономической полевой аналитике, мы решили открыть в журнале рубрику «Дневник агронома». И планируем периодически рассказывать о наших (и ваших, дорогие читатели) агрономических наблюдениях за ситуацией на полях, а также давать анализ тех явлений, которые происходят в земледелии.

А начнем, пожалуй, с характеристики общей ситуации накануне весны. Как мы уже писали в прошлом номере, зима в этом году выдалась на редкость малоснежной. Высота снежного покрова в зерносеющих регионах зачастую не превышала 5-10 см, а паровые поля вообще были практически без снега. В агрономическом сообществе стали звучать мнения, что грядет засуха и нужно быть готовым встретить ее во всем агрономическом вооружении: подобрать засухоустойчивые сорта, внести изменения в севооборот, сдвинуть, если необходимо, сроки сева, скорректировать глубину заделки семян… Редакция внимательно следила за ситуацией, и на запрос общества мы ответили, обратившись к ученым.

По нашей просьбе академик Мехлис Сулейменов сделал детальный анализ метеоданных за 80 лет по Шортанды, который мы опубликовали в мартовском номере нашего журнала (см. статью «Если в поле мало снега», стр. 12-14). Согласно выводам ученого, полученным на основании ретроспективного анализа, после бесснежной зимы вероятность летней засухи в 2018 году, согласно погодным сценариям, которые уже реализовались в прошлые годы, составляет не более 9%. Напротив, вероятность выпадения летом отличных осадков – 39%, хороших– 24%. (Забегая вперед, надо сказать, что по состоянию на конец июня этот прогноз вполне оправдался. Что покажет погода в июле и августе?)

Тревожная ситуация с крайне низким количеством выпавших зимних осадков начала кардинально меняться с третьей декады марта: во многих регионах страны прошли сильные снегопады, местами превысившие месячную норму. Обильные снега, как елей на душу агрономов, стали понемногу вселять уверенность, что с влагой на полях будет не все так плохо, как казалось в конце зимы. Апрель и май также сухими не были: дожди периодически посещали поля хозяйств. Одно было плохо: нетипично низкие для этого времени года среднесуточные температуры воздуха, которые на два-три градуса были ниже климатической нормы. В итоге созревание почвы проходило с двух-трех недельным отставанием. Для иллюстрации приведу такой пример, косвенно подтверждающий эту мысль. По наблюдению редакции, среднемноголетнее распускание почек на тополе на широте Астаны (51 градус с. ш.) происходит 1-3 мая. В текущем году они начали распускаться лишь 15-16 мая, то есть почти на  две недели позже.

 

Что показали выезды на поля

Чтобы узнать реальную ситуацию, мы выехали на поля ряда хозяйств и решили, вспомнив свою аспирантскую молодость, определить влажность пахотного и метрового слоя почвы, замерить температуру различных слоев почвы и понять, какова степень ее физической спелости. Для проведения всех этих процедур мы вооружились почвенным буром, лопатой и различными приборами для определения температуры почвы. И 18 апреля приехали в Зерендинский район Акмолинской области.

1. Почва с глубины 30 см была сухая. Зерендинский район, Акмолинская область.

2. Температура почвы на глубине 10 см составляла всего 0,5°С.

В хозяйстве, находящемся недалеко от Кокшетау, было пробурено несколько проб. На поле, расположенном на денудационной равнине, открылась следующая картина: более или менее приличная влага обнаруживалась лишь до глубины 30-35 см, а дальше шли практически сухие слои (сказалась жаркая сухая осень и бесснежная зима!). Эта картина местных агрономов привела в уныние. Кто-то даже в сердцах произнес: «А шеф хочет, чтобы мы в этом году здесь по 25 центнеров получили!» После сушки почвенных образцов было определено содержание влаги. Как выяснилось, в метровом слое содержание продуктивной влаги составляло всего 60-70 мм, что достаточно критичный показатель. При такой влажности канадские фермеры принимают решение вообще ничего не сеять и оставляют такое поле под пар. Но это… канадские фермеры. На поле, находящемся в другой части землепользования хозяйства, в небольшой пологой низине, недалеко от озера, ситуация была куда лучше: практически весь метровый слой почвы был переувлажненным. Температура почвы на глубине 10 см была в пределах +2-3 градуса Цельсия. В это время местные агрономы пытались внести на этом поле азотные удобрения посевными комплексами, но безрезультатно. Почва была сильно переувлажнена, и агрегаты не шли. И это несмотря на то, что на дворе было уже 18 апреля. Не достигнув физической спелости, почва просто не готова была к механическим обработкам. И агрономы сделали на этом поле паузу, перегнав посевные комплексы с удобрениями на другие поля хозяйства, где почва уже поспела к проведению этого агроприема.

Почва на пониженном элементе рельефа. Хорошее промачивание отмечалось по всему метровому слою.

Для сравнения мы сделали отбор проб на влагу на соседнем участке, находящемся в двух шагах от первого, под старовозрастными многолетними травами. И обнаружили, что, начиная с 30 см и глубже по всему профилю в почве встречалось много льда, что говорило о ее сильном промерзании зимой. (Забегая вперед, надо сказать, что ситуация через три недели на первом поле с низкими запасами влаги серьезно изменилась благодаря обильным осадкам, которые прошли в конце апреля и в мае. Содержание влаги там превысило 120 мм в метровом слое.)

Поле не было готово к внесению удобрений, так как почва еще не достигла физической спелости и была переувлажнена.

Ситуация с влагой на полях Есильского района Северо-Казахстанской области, куда мы приехали на следующий день, была гораздо лучше. К примеру, на стерневом фоне недалеко от села Покровка метровый слой почвы был хорошо промочен и никаких сухих прослоек не обнаруживалось. Возможно, это результат предыдущих нетипично влажных лет, когда избыточная влага могла накапливаться в глубоких слоях, хотя, по словам агронома, снежный покров здесь был очень небольшой.

По пути бросилась в глаза одна неприятная картина – массовые палы стерневых полей. Слева и справа от трассы Астана – Петропавловск и налево от Рощинского горело очень много полей (кто поджигатели – это другой вопрос). Огонь распространился на большие расстояния и перекинулся на лесопосадку, которая горела на протяжении 15 километров, пока мы ехали.

По пути мы остановились на поле, расположенном примерно километрах в десяти от села Корнеевка. Поле в прошлом году было под паром. Здесь мы отобрали несколько проб. Почва была хотя и влажная, но очень плотная для этого периода. Бурить было сложно: бур шел с трудом, будто это происходило в конце августа после засухи, а не в конце апреля, после схода снега. Причем переуплотненным был не только верхний слой, но и горизонт 40-50 см и глубже.  Причина переуплотнения, как мы выяснили, заключалась в том, что в прошлом году здесь долго стояла вода после проливных дождей и часть поля была затоплена, поэтому не засевалось. Это могло сказаться на повышении плотности почвы. Очевидно не только этот момент сыграл роль в переуплотнении почвы. Мы заметили, что на соседнем поле, которое в прошлом году было под рапсом, ходили тяжелые трактора, проводившие ранневесеннее боронование. Причем было непонятно, зачем они это делают, ведь почва была еще влажная на самой поверхности, налипала на рабочие органы, в общем, не достигла еще физической спелости, а потому плохо крошилась. Никакого эффекта такое боронование явно не давало. Если была цель растащить солому, то после рапса ее было немного. Возможно, местные фермеры часто используют тяжелую технику для проведения агротехнических работ без учета физического состояния почвы. Тогда другого результата и ждать не стоит – почва будет переуплотнена. Безусловно, нужно было подождать или вовсе отказаться от закрытия влаги в создавшихся условиях весны. А если брать шире, то в текущем году решение о проведении ранневесеннего боронования агрономы принимали, исходя из ситуации на конкретном поле. Многие его не проводили вообще. Но в ряде хозяйств оно было проведено. При этом функцию закрытия влаги такое боронование в условиях нынешней весны в большинстве регионов выполняло меньше, чем другие функции: распределение и частичная заделка прошлогодней соломы, ускорение подсыхания почвы, ее выравнивание, особенно на фонах осенней зяби.

При более детальном рассмотрении чернозема недалеко от поселка Корнеевка, было видно, что его структура нарушена, на поверхности много пылеватых частиц, плохо связанных между собой, а потому эрозионно опасных после подсыхания. Это было хорошо заметно на соседнем паровом поле, где почва под действием ветра быстро высушивалась, образуя трещины и формируя гребни из сносимого сильным ветром мелкозема.

Нетипично холодная погода весной вносила коррективы в проведение полевых работ. Так, например, из-за того, что сорняки на полях начали прорастать лишь после 15-20 мая, когда начался массовый сев зерновых, многие хозяйства практически не вели обработку полей глифосатами. Причина проста: отсутствие сорняков. Дожидаясь их массовых всходов, некоторые агрономы искусственно оттягивали посевные работы, чтобы подрезать их при посеве. Другая причина, которая не позволяла рано начинать посев, – ожидание, когда почва поспеет и лучше прогреется.

Но тянуть время тоже было опасно, ведь у нас может случиться все, что угоднодве недели в мае идти проливные дожди, как это было в 2015 году или, напротив, грянуть майская засуха с суховейным ветром. В общем, риск – вечный спутник агронома.

На мой взгляд, в условиях текущего года выиграли те хозяйства, которые посев вели на небольшую глубину, к примеру, зерновые и зернобобовые сеяли не глубже 5 см. Во-первых, верхний слой был лучше прогрет, что при нынешней холодной весне было крайне важно, чтобы получить дружные всходы. А во-вторых, влаги в почве было предостаточно, и заглублять посев, исходя из того, что может наступить засуха и семена окажутся в пересушенном слое, было явно преувеличенной перестраховкой.

Все это и привело по факту к такому результату: поля пшеницы и зернобобовых культур, посеянные 12-13 мая, в ряде хозяйств всходили больше двух недель, тогда как всходы на посевах 23-24 мая отмечались уже на шестой-седьмой день. Поздние посевы были дружными и появились местами практически в одно время с посевами ранних сроков. С одной существенной разницей: ранние посевы, особенно на фоне недостатка минерального питания, зачастую были ослабленными, так как они всходили с глубины 6-7, а местами и 10 см. Безусловно, это сказалось затем на их уязвимости перед болезнями и вредителями и снижением конкурентоспособности в борьбе с сорняками. Не спасало даже то, что семена ранних посевов были протравлены. В условиях переувлажнения верхнего слоя из-за ливневых осадков и низких температур попавшие в такие условия растения подвергались большому риску развития различных заболеваний.

Всходы чечевицы, посеянной на оптимальную глубину.

Из-за ветровой эрозии на отдельных полях мелкоземом засекались всходы чечевицы. 7 июня 2018 г. Северо-Казахстанская область.

Другая особенность весны – сильные, почти штормовые ветра, которые приводили к ветровой эрозии, особенно на незащищенных стерней полях. От этого также страдали и всходы, особенно бобовых культур. В Акмолинской и Северо-Казахстанской областях нередко можно было встретить поля чечевицы, посеянной по пару или по обработанной осенью зяби, всходы которой были посечены мелкоземом. Такие участки или целые поля хозяйствам приходилось либо пересевать, либо на поврежденных посевах применять стимуляторы роста. И то и другое требовало дополнительных затрат. При этом всходы чечевицы, посеянной в стерню, были защищены от засекания мелкоземом и выглядели отлично.

Всходы чечевицы на стерневом фоне. Северо-Казахстанская область.

Наблюдения за отрастанием сорняков показало, что массовый их рост начался аккурат во время посевной. В связи с этим и химпрополку многие хозяйства начали довольно рано – через одну-две недели после всходов культуры, так как на полях появился целый ковер сорняков разных биологических групп. К примеру, поздние просовидные сорняки начали массово отрастать в первых числах июня после обильных грозовых дождей.

Говоря о структуре засоренности, этот год можно условно назвать годом овсюга. Российский ученый Григорий Стецов еще во время нашей встречи зимой в Астане сделал предположение, что 35-40-градусные морозы, которые у нас отмечались во второй половине зимы, при отсутствии снега на полях приведут к промораживанию верхнего слоя почвы. Такой морозный стресс весной выведет овсюг из состояния покоя. Это мы и увидели в этом году на полях.

Другой сорняк, который часто встречался, – пырей ползучий, он в этом году неожиданно рано в сравнении с другими сорняками пошел в рост. Даже молочай лозный, обычно рано появлявшийся в поле, и тот «отсиживался» в ожидании подходящих условий. Много было на полях и вьюнка, который весной в основном всходил из семян. Также частыми гостями на полях стали зимующие сорняки: сурепка, пастушья сумка и другие, которые все шире распространяются в последнее десятилетие.

Николай Латышев,

фото автора

(Полную версию статьи читайте в журнале «Аграрный сектор» в №2 (36) за июнь 2018 г.)

 

 

 

 

Заявки на подписку принимаются по тел.: 8 (7172) 23-84-36, +7 701 342 3046.

Подписку можно оформить в редакции и на сайте журнала www.agrosektor.kz, в разделе "Подписка".

Российским читателям обращаться по подписке в представительство в г. Кургане.

Менеджер по России и странам Восточной Европы - Наталья Махнина: тел. моб. 89125794282, e-mail: agrokurgan@yandex.ru

 

 



Автор: Николай Латышев

Просмотров: 100

На печать: На печать

Опубликован: 16.11.2018 | 17:09

Метки: Казахстан, дневник агронома, полевой сезон - 2018, агрономические наблюдения, анализ явлений на полях.

Категории Аграрная аналитика

Kupit knigi
Петкус
Bonfanty
Агритек
SIMA

Поиск по новостям