Важные темы агропрома

Николай ЛАТЫШЕВБЛОГ РЕДАКТОРА
ЗРИ В КОРЕНЬ!

непричесанные мысли о сельском хозяйстве

Sady Rossii
CHina fruit
Don
AgroWorld 2019
Вы здесь: Главная » Аграрная аналитика » Аграрная Америка: подводим итоги

Аграрная Америка: подводим итоги

МИРОВОЕ СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО: путевые заметки

(Окончание. Предыдущие публикации см. в № 2(32), 3(33), 4(34), 1(35), 2(36).)

Мы завершаем публикацию материалов о сельском хозяйстве США, подготовленных в ходе поездки редактора журнала в эту страну.  В предыдущих номерах были рассмотрены особенности сельского хозяйства штатов Индиана, Канзас, Монтана, Вермонт, а также рассказано о работе американского МСХ (USDA), расположенного в Вашингтоне.

Посмотрев фермерские поля, познакомившись с технологиями, которые применяют американские фермеры, с инновациями, которые пропагандируют ученые университетов, хотелось бы сделать некоторые выводы. 

Фермеры и аграрная наука: не сойдутся они никогда?

Важная особенность сельского хозяйства США и системы распространения знаний среди фермеров – нацеленность на результат. В одном лишь штате Индиана есть несколько организаций, которые занимаются внедрением разработок ученых университетов в реальное производство. Яркий пример – университет Пурдью (Purdue University). И ученые, и фермеры здесь находятся в постоянном контакте, чего, к сожалению, нет сегодня у нас. Спросите рядового казахстанского крестьянина, как часто к нему на поля приезжали ученые, допустим, аграрного университета или опытной сельхозстанции с предложением внедрить тот или иной агроприем или новшество, которое они разработали. Мало кто вам ответит утвердительно. Приезжают (и очень регулярно) продавцы сельхозтехники, пестицидов, семян, которые всех фермеров знают в лицо. Хвала им! Но они решают коммерческие вопросы, подписывают договоры, следят за тем, как работают те или иные препараты или орудия. Хорошо, что некоторые из этих менеджеров сегодня начали оказывать консалтинговые услуги по более широкому кругу вопросов. Это не входит в их прямую обязанность, а больше их добрая воля или желание удержать потенциального покупателя своих услуг. А кто будет предлагать отечественные разработки для наших фермеров? Настоящие ученые (а не функционеры или менеджеры от науки) занимаются научными исследованиями, и у них нет на это ни времени, ни средств. Да и не должны они это делать. Потому что это как раз работа внедренческих компаний, которые у нас, к сожалению, не работают. Аграрная наука задыхается от нехватки денег и не потянет при таком раскладе решение больших задач, в которых заинтересовано сельхозпроизводство. Да и некому скоро будет заниматься наукой. Многие ученые давно ушли в бизнес или разъехались по другим странам, а те, кто реально может проводить глубокие научные исследования, зачастую люди преклонного возраста. Молодых ученых (не административных работников, а именно ученых) можно пересчитать по пальцам. Яркий пример – селекция. Сколько в Казахстане сегодня молодых селекционеров, ведущих научные исследования? Один-два и обчелся. И это на 22 миллиона гектаров пашни! А что мы будем делать, когда уйдет поколение селекционеров, которое сформировалось еще в советское время? Кто будет крепить селекционную независимость нашей страны, основу которой составляют зерновые культуры? Поедем за рубеж покупать втридорога элитные семена пшеницы? Ни один зарубежный селекционер, находясь за границей, не сможет под наши условия создать сорт, который нам подходит. Это очевидно. Прибавьте сюда еще роялти, которую нужно выплатить иностранному производителю. О какой зерновой независимости и тем более о рентабельном зернопроизводстве можно будет говорить? Мысль о том, что зарубежные разработки в области растениеводства можно привести и внедрить один в один у нас, чревата крахом сельского хозяйства. Аграрная наука должна быть такая же независимая, как и армия… Кто-то скажет: переходите на маржинальные культуры (чечевица, рапс, подсолнечник) и забудьте о пшенице. Такие рассуждения – из разряда суждений диванных экспертов, не знающих реального производства и условий, в которых работают наши аграрии. Переходить можно, но не всем и не во всех регионах. Иногда это ведет не к прибылям, а к лишней трате денег и последующему возврату к тому, отчего ушли - к проверенному временем зерновому производству. И это тема отдельного дискуссионного материала.

К чему приводит отсутствие собственных сортов, можно увидеть на живом примере – чечевице, выращиванием которой в последние годы увлеклись многие хозяйства. Отечественных сортов чечевицы нет, даже российских сортов крайне мало. Кто, откуда и какие семена чечевицы завез в Казахстан и как их посеял в этом году – история темная. В погоне за прибылью, увидев, что на рынке чечевица стоит в несколько раз дороже пшеницы, аграрии насеяли ее, сколько душе было угодно и насколько хватило денег. К чему это привело? Во-первых, упали цены на чечевицу, которые, правда, все еще выше цен на пшеницу. Во-вторых, многие посеяли рядовыми семенами (сорт и репродукция неизвестны либо очень условны). При этом далеко не в каждом хозяйстве эти семена протравливали. К тому же, как выяснилось уже в процессе вегетации, семена были инфицированы массой болезней. Результат – падение урожайности и рост затрат на борьбу с болезнями культуры в период вегетации. Антракноз, аскохитоз, ржавчина, фузариозная гниль – перечень болезней, некоторые из которых фермеры раньше видели только в учебниках, внушительный. К тому же теперь на поле, где росла больная чечевица, она должна вернуться не менее чем через четыре-пять лет, иначе – запрограммированное падение урожаев уже на следующий год. Вместо 12–15 ц/га можно умудриться на таких полях получить в четыре раза меньше. Теперь нетрудно подсчитать предельный доход такой маржинальной культуры. А как много у нас хозяйств, где строго соблюдаются севообороты? К тому же не факт, что через пару лет хозяйство не захочет снова ее посеять на этом же поле. В итоге хотели, как лучше, а получили три центнера с гектара. А сколько у нас ученых занимаются селекцией отечественной чечевицы, которая была бы адаптирована к нашим условиям? О таких никто не слышал. Как никто не слышал, чтобы руководство аграрной науки озаботилось этой проблемой.

Давайте возьмем рапс. Как много отечественных сортов на полях? Их почти нет, за исключением одного-двух. И те требуют селекционной доработки. Сортов подсолнечника больше, но опять же их доля незначительна – на рынке правят бал иностранные гибриды. Бесспорно, отличные, бесспорно, высокоурожайные. И, бесспорно, дорогие. В итоге деньги за приобретение гибридов уходят за рубеж. И немалые. А себестоимость сельхозпроизводства растет. 

В существующей сегодня в Казахстане системе доведения научных разработок до производства выпадает важнейшее звено – внедрение. Аграрная наука и производство работают сами по себе и зачастую не связаны никакими условиями и обязательствами. Ученые постоянно просят у государства денег на науку, а фермеры просят у ученых практических рекомендаций. В итоге ничего не получают ни те, ни другие. Необходимых денег на науку нет либо они не доходят непосредственно до ученого-исследователя. Как нет и научных рекомендаций, адаптированных к реальной ситуации конкретного года, нет ответов на актуальные вопросы производства. А если технологии и предлагаются научными учреждениями, то они, в лучшем случае, имеют шаблонный набор агротехнических методов, давно известных каждому фермеру. Не найдя ответов на свои вопросы, фермеры работают на свой страх и риск, полагаясь на интуицию, Интернет или советы таких же фермеров, как и они. 

«Но ведь цифровизация шагает по стране! – скажет читатель. – Она-то и ускорит внедрение разработок аграрной науки в производство». Отлично! Но нельзя забывать, что никакая цифровизация не заменит на поле реального агронома, так как он, а не компьютер, является главным технологом полей. К тому же, чтобы цифровизировать производство, нужна как минимум современная техника, позволяющая установить всю эту электронику. А старым тракторам, каких еще немало ползает по необъятной пашне страны, никакой прогресс не страшен. Так что цифровизация – дело дорогое и пока для избранных... 

Но вернемся к американским фермерам. Справедливости ради надо отметить, что, невзирая на прогресс американской аграрной науки, они не сильно стремятся внедрять научные разработки в практику. Делают это немногие. Фермеры, с которыми мы разговаривали, отмечали, что земля у многих находится в частной собственности и кардинально менять сложившуюся агротехнологию они не хотят. К тому же они далеко не всегда готовы отдавать свои поля под эксперименты, пусть даже самые прогрессивные, не зная, получат ли от них реальный доход в этот же год. Сейчас американский фермер, выращивающий пшеницу, больше озабочен поиском новых маржинальных культур для своего хозяйства. Цены на пшеницу из года в год падают, и заниматься ей становится невыгодно. А постоянные совершенствования агротехники если и повышают доходность фермерского хозяйства, но не так существенно, как хотелось бы. Поэтому они в поиске новых подходов ведения сельского хозяйства и адаптации новых культур, имеющих устойчивый спрос на мировом рынке.

Николай Латышев

(Полную версию статьи читайте в журнале «Аграрный сектор» в №3 (37) за сентябрь 2018 г.)

 

 

 

 

Заявки на подписку принимаются по тел.: 8 (7172) 23-84-36, +7 701 342 3046.

Подписку можно оформить в редакции и на сайте журнала www.agrosektor.kz, в разделе "Подписка".

Российским читателям обращаться по подписке в представительство в г. Кургане.

Менеджер по России и странам Восточной Европы - Наталья Махнина: тел. моб. 89125794282, e-mail: agrokurgan@yandex.ru

 

 

 



Автор: Николай Латышев

Просмотров: 292

На печать: На печать

Опубликован: 28.01.2019 | 14:31

Метки:

Категории Аграрная аналитика

Kupit knigi
Петкус
Bonfanty
kazagro 2019

Поиск по новостям



Поиск по тэгам