Важные темы агропрома

Николай ЛАТЫШЕВБЛОГ РЕДАКТОРА
ЗРИ В КОРЕНЬ!

непричесанные мысли о сельском хозяйстве

Баннер 3 Немецкая биржа
Fiton
Holland
Shimkent
Agrocompetenzii
Вы здесь: Главная » Люди и судьбы » Трудовые будни «Галицкого»

Трудовые будни «Галицкого»

Что же касается нынешнего года, то совсем сгоревших от засухи посевов мы не увидели. Встретившись в начале августа с руководителем хозяйства Александром Касицыным, посмотрев состояние хлебов, стало ясно, чего стоит заниматься в этих условиях земледелием. Каштановые почвы, сформировавшиеся в этой природно-климатической зоне, имеют один из самых низких показателей плодородия, при котором выращивать даже самые засухоустойчивые культуры довольно рискованно. Бонитет составляет всего 16–18 баллов. Засуха здесь – частая гостья. Да и в средние годы выпадает не больше 220 мм осадков, при этом 60% их приходится на зимнее время.

 

Территория хозяйства вплотную граничит с Алтайским краем России, до него буквально рукой подать – не больше километра. А вот до областного центра добираться нужно не один час по не очень хорошей дороге. В общем, все здесь против того, чтобы развивалось какое бы то ни было прибыльное сельское хозяйство. Но вопреки всему оно развивается. Невероятно, но на таких бедных почвах в Галицком умудряются получать до 20 центнеров зерна с гектара. Здесь создано высокотехнологичное животноводство, на пастбищах пасется 3500 голов мясного скота. Именно здесь, как пока еще мало где в Казахстане, сельские дома подключены к отоплению – две котельные обогревают весь поселок. Есть в Галицком и замечательный спорткомплекс, которому позавидуют и городские жители, действуют детсад, школа. В поселке асфальтированные дороги. И еще одна деталь. В хозяйстве чтут историю. На реформы нового капиталистического времени в центре поселка взирает учитель и вождь международного пролетариата Карл Маркс – этот памятник никому не мешает, а, скорее всего, воодушевляет сельчан на новые, теперь уже капиталистические подвиги во имя процветания своих семей и родного села (в советское время здесь был колхоз им. К. Марска, поэтому и был установлен памятник).

Мы попросили Александра Касицына рассказать о применяемых в хозяйстве агротехнологиях, показать поля и производственные объекты. К тому же, как оказалось, в Галицком выписывают наш журнал, что нам было, безусловно, приятно.

Урожай будет!

– Александр Анатольевич, посмотрели ваши хлеба и видим – урожай будет. А в самые засушливые годы сколько собираете зерна с гектара?

- В острозасушливые 2010 и 2011 годы мы получили по 6 ц/га зерна. В текущем году, хотя и была засуха, получим как минимум по 8–9 ц/га. А вообще в хозяйстве в более благоприятные по погодно-климатическим условиям годы мы получаем и 18, и 20 центнеров с гектара.

– В этом году на территории хозяйства выпадали дожди?

– Было всего два хороших дождя – в середине и конце июня. Но они были ливневые, прошли в течение часа. Лишь какая-то часть осадков впиталась в почву, а все остальное сбежало в низины. Ждали дождей в июле и в начале августа, но их так и не было.

– Какова площадь ваших земель?

– Посевная площадь составляет почти 29 тысяч гектаров. Всего же земли в обработке 44 тысячи гектаров. Мы сеем 16 тысяч гектаров пшеницы, а также кормовые культуры, ячмень, овес, горох, нут, начали сеять лен. У нас 6 тысяч гектаров многолетних трав, но их урожайность небольшая – если 7–8 ц/га сена получаем, то это хорошо. Есть также и залежь.

Хозяйство у нас многопрофильное. Занимаемся как полеводством, так и животноводством.

Поголовье скота у нас держится в пределах 4–4,5 тысячи голов КРС в зависимости от года. Потребность сена – 5 тысяч тонн. У нас 800 голов молочного скота и 600 голов мясного. Поголовье мясного скота мы увеличиваем из года в год. В хозяйстве две породы скота – казахская белоголовая и симментальская. Если бы не животноводство, мы бы вряд ли смогли выдержать два засушливых года подряд – 2010-й и 2011-й.

– Все поголовье скота полностью обеспечено собственными кормами?

– Наша площадь позволяет содержать имеющееся поголовье, и его численность для наших условий является оптимальной. Единственная проблема – сочные корма. На следующий год планируем запускать орошение за счет подземных вод. Схема простая: закачиваем воду в накопитель, а оттуда подаем ее в дождевальные машины.

– Государство оказывает помощь в строительстве инфраструктуры для проведения орошения?

- Для того чтобы попасть в программу инфраструктуры за счет государства, нужно стать участником программы «Дорожная карта бизнеса-2020». Но вопрос в том, что если планируешь брать воду из магистрального источника – реки или канала, то государство поможет. А если планируешь прокладывать водопровод от своего накопителя, то в эту программу не попадаешь и хозяйство за это субсидий не получит. А без помощи государства хозяйству это делать очень дорого. С другой стороны, без полива невозможно говорить о перспективе развития интенсивного животноводства. Другой же технологии полива в нашей зоне нет.

– А капельное орошение?

– А как вы представляете кукурузу площадью 500–600 гектаров на капельном орошении? Это не сад, не 10 гектаров моркови, где капельное орошение может применяться. Сейчас мы кукурузу выращиваем на богаре, поэтому ее урожайность невысокая. Если вспомнить недавнюю историю, в свое время у нас орошалось 400 гектаров земли, были кукуруза и люцерна на поливе, а скважины давали по 20–25 литров воды в секунду.

– Где и как выпасаете скот?

- Мы сегодня не выпасаем дойных коров. Они на круглогодовом кормлении. А мясной скот летом на выпасах, за 100 километров от хозяйства. В начале сентября мы отбиваем молодняк, пригоняем его в хозяйство, а коровы прибывают позже, в конце ноября, пасутся максимально, сколько это возможно. В конце декабря – январе получаем первый отел. Хотя во многих хозяйствах основной отел идет в мае – июне. Дело в том, что когда в марте скот начинаем выгонять на выпас, надо, чтобы телята были крепкими, чтоб им было по 3–4 месяца. В апреле еще бывает и возврат холодов и ураганы. И они должны переносить эти условия. Во-вторых, когда выводишь стельных коров на выпас, можно часть родившихся телят не досчитаться по разным причинам.

- Какой рынок сбыта у вашей продукции?

- Все зависит от спроса. Мясо у нас закупают и Астана, и Алматы – прямо здесь, на месте. Молоко реализуется под маркой «Галицкое» в Павлодаре. В городе мы являемся акционером одного молокоперерабатывающего завода, который берет только наше молоко.

О нулевой технологии и человеческом факторе

– Какие агротехнологии применяете в полеводстве?

– Половину площади мы 6-й год сеем по нулевой технологии, не применяем никаких механических обработок и очень хорошо почистили поля от сорняков. Конечно, в наших условиях очень трудно заметить сразу какие-либо изменения от применения этой технологии, как в той же Аргентине или Бразилии.

– Пары у вас есть?

– На 13,5 тысячи гектаров, где применяем нулевую технологию, паров нет вообще. На оставшихся 16 тысячах у нас применяется традиционная технология, здесь используем минимальную обработку и сеем кулисные пары.

– Что дает в ваших условиях посев кулис?

– Кулисы позволяют накапливать влагу. К тому же рельеф почвы у нас относительно выравненный и нет водной эрозии. Зимой у нас бураны, и если пар оставить чистым, то почва до самой весны будет открыта всем ветрам, что приводит к эрозии. А за счет кулисного пара мы накапливаем дополнительно около 50 мм влаги. Кулисы горчичные, сеем в июле.

– На какую площадь вносите удобрения?

– Аммофос мы вносим только под рано высеваемые культуры при посеве, а чисто азотные удобрения – под кормовые. Специалисты из других стран, из той же Украины, нас спрашивают, почему мы не вносим повсеместно удобрения. Но в сухой год какая отдача от удобрений? Она не покрывает затрат. Сейчас мы начали удобрения вносить осенью. У нас есть посевные комплексы «Хорш - Агросоюз», на которых установлен сошник Андерсена. Мы этот сошник снимаем, а вместо него устанавливаем сошник «Соло» и вносим удобрения. Получается ленточное внесение, на глубину посева. Многие рекомендуют припосевное внесение, объясняя, что тогда меньше потери удобрений, нежели при внесении осенью. Но наш опыт показывает, что для местных условий лучше подходит осеннее внесение аммофоса. Помимо этого мы делаем осенью под пропашные культуры щелевание почвы и там, где на следующий год планируем сеять подсолнечник, вносим фосфорные удобрения.

– Какие сорта пшеницы используются в хозяйстве?

– Омская-18, Памяти Азиева, Светланка, Карагандинская.

– На полях с нулевой технологией не происходит переуплотнения почвы?

– У нас есть все приборы, и когда мы делаем замеры, то видим, что никакого уплотнения нет. Тем не менее, если в «нулевом» севообороте есть подсолнечник, под него мы делаем щелевание. На других культурах мы его не делаем. Часто можно слышать о плужной подошве, которая образуется на определенной глубине. Но мы ничего подобного не обнаруживали.

Когда у нас говорят о преимуществах нулевой технологии, то имеют в виду экономическую составляющую. Но везде в мире, где ее внедряют, ставятся другие цели. Нужно спасать землю, так как постоянно уменьшается гумусовый слой. Главная цель нулевой технологии – остановить деградацию почвы, смоделировать природные процессы, обеспечивающие это сохранение.

В полях севооборота, в котором мы применяем нулевую технологию, подобраны специальные культуры, которые наш климат позволяет выращивать.

Конечно, мы не выращиваем более влаголюбивый рапс. Но у нас есть пшеница, подсолнечник, ячмень, гречиха, лен. Подбираем их с таким расчетом, чтобы культуры с мочковатой корневой системой чередовались с культурами со стержнекорневой системой. Да и с сорняками при таком чередовании легче бороться. Если в полях подсолнечника мы поборолись со злаками, то на следующий год посеем пшеницу. И это позволяет контролировать сорняки и плотность почвы. Но тут надо четко понимать: нулевая технология по числу обработок нулевая, а по уровню соблюдения всех агромероприятий она очень непростая. Почему она не приживается во многих местах? Потому что ее слишком упрощенно понимают – посеял и убрал. Но это далеко не так.

– В хозяйстве сеете горох?

– Мы сеем 1000 гектаров гороха, но этого мало. Горох хорош по цене, нет проблем с его реализацией. Хотя нас не очень пугает, если мы и не смогли бы его выгодно реализовать. У нас есть животноводство. К тому же мы давно заметили, что на полях после гороха урожай всегда выше.

– При внедрении нулевой технологии соблюдаете севооборот?

– Безусловно. К примеру: гречиха – ячмень – пшеница – подсолнечник – пшеница. У нас два посевных комплекса – один 12-метровый, другой 18-метровый. Под первый комплекс севооборот пшеница – пшеница – гречиха – ячмень – пшеница – подсолнечник. Гречихи сеем 2100–2200 га. В другом севообороте вместо подсолнечника высеваем бобовые.

– Насколько за годы применения нулевой технологии произошли изменения в структуре засоренности посевов?

– Считаю, что основную роль здесь сыграли гербициды. Когда грамотно химия применяется, некоторые виды сорняков эффективно подавляются.

В целом таких злостных многолетних сорняков, как осоты и вьюнок, у нас мало. Практически ушли с полей малолетние просовидные сорняки. А вот молочая лозного на полях стало больше, раньше его практически не было, и с ним нам еще надо активно бороться. И конечно, в этом году полынь просто «зверствует».

– Чем опрыскиваете посевы?

– У нас три опрыскивателя марки Brandt и один самоходный Challenger. Раньше работали самолетами. Но тут надо считать экономику. В наших условиях она в пользу наземных обработок.

– Когда начинаете сеять?

– Первый срок посева в апреле. Сеем около двух тысяч гектаров. Мне говорят: «Зачем ты так рано сеешь?». Если брать физическое сравнение урожайности, то, конечно, эти посевы будут всегда уступать посевам традиционных сроков. Но что такое посеять две тысячи гектаров? Нужен как минимум один посевной комплекс и 3–4 комбайна на уборку. В итоге, посеяв в апреле и убрав раньше основных массивов, мы распределяем нагрузку на технику и снижаем затраты. В ранние сроки сеем сеялкой прямого сева – в апреле сорняков еще нет и всегда отличное качество работ. Уборку на этих полях тоже начинаем раньше – в этом году ранний срок посева нам дал по 9,5 центнера с гектара. Под ранний срок с осени мы подбираем чистое от сорняков поле, это гарантия того, что сорняки не будут нас беспокоить в период вегетации. После ранней уборки освободившиеся поля можно обработать глифосатами в минимальной дозе и подготовить их к посеву в следующем году. Значит мы уже себя в этом году разгружаем от возможных проблем в следующем сезоне. Эти две тысячи гектаров с осени будут стоять готовые к посеву на следующий год. В апреле можно будет провести качественный посев и только по всходам поработать страховым гербицидом. К тому же, что немаловажно, ранние посевы в нашей зоне позволяют хорошо использовать осенне-зимние осадки. А основные посевы начинаем сеять с 18 мая.

– В процессе внедрения нулевой технологии возникали какие-либо сложности?

– У нулевой технологии в нашей зоне есть один недостаток – согласно основным ее принципам поле мы не должны обрабатывать до самого сева. А мульчирующего слоя на поверхности почвы нет. Как до 20 мая удержать в этих условиях влагу, особенно в условиях засушливой весны? Нулевую технологию в наших условиях надо досконально изучать – это не Мексика, не Бразилия, и даже не Украина. Мы были в поселке Майское Днепропетровской области, где корпорация «АгроСоюз» давно применяет эту технологию. Там получают урожай 50–60 центнеров с гектара. И сеют они не в мае, а раньше. И у них нет такого понятия, как возврат холодов. Пока мы все не изучим, площади под нулевой технологией не будем увеличивать. Наши механизаторы ее вообще поначалу не воспринимали, а теперь им интересно до конца «досмотреть», чем же все закончится. Одна из проблем, почему нулевая в нашем регионе не идет, – человеческий фактор. Механизатор хорошо знает всю советскую технику – и СЗП-3,6, и СЗС-2,1, и ДТ-75, и МТЗ. И тут приходит новая техника, импортная. И он теперь должен или переучиться и научиться ею управлять, или более легкий вариант – убедить руководителя, что нам это не подходит. И этот вариант нередко срабатывает. И потом начинаешь со всеми бороться, а это очень сложно, когда тебя не хотят понимать. Но, прежде всего, сама аграрная наука должна поверить в нулевую технологию, а она до сих пор в нее еще не поверила. В докладах только и говорится о необходимости применять нулевые технологии, а берешь самые свежие рекомендации – и что видим? Рекомендуется весенняя обработка зубовой бороной БДМ, посев СЗС-2,1 и т.д.

Но есть и недостаток у нулевой технологии для наших условий – мы не можем создать хороший мульчирующий слой.

У нас очень мало соломы получается с урожая, которую мы сразу во время уборки разбрасываем. Пары решают проблему сорняков и, казалось бы, решают проблему азота, но на самом деле они не проблему азота решают – просто в паровом поле нет его выноса с урожаем. Поэтому мы сейчас и начали сеять горох и нут. Проблему сорняков мы решим гербицидами, проблему азота решим введением бобовых культур в севооборот.

– Насколько обновили сельхозтехнику за последние годы?

- Посевная техника обновлена на 80%, имеется 10 посевных комплексов – «Джон Дир», «Хорш», «Бурго», «Моррисы». Комбайны – «Вектора», «Енисеи» и «Клаасы».

- Какие требования вы предъявляете к посевной технике?

- Весь вопрос в прикатывании. Неважно – анкерный сошник или лапа – важно, чтобы, во-первых, сошник был независимым, чтобы он копировал почву, выдерживал глубину и было адресное прикатывание. И притом каток должен быть опорным. Принцип, заложенный в конструкции СЗС-2,1, замечательный. Это изумительная сеялка. Если бы я был небольшим фермером, никакую бы другую сеялку не покупал. Взял бы СЗС-2,1, зацепил ее за МТЗ-80, сеял свои 100 гектаров и всегда получал бы отличный результат. Но агрегат из 4–5 сеялок не обеспечивает качественного посева. Другой минус – загрузка бункера: круг сделал – загружайся, еще круг – снова. А на комплексе 10 кубов закинул и все, в смену один раз загружаешься. А если подсолнечник сеешь – в три дня один раз.

Животноводству – ударный фронт

– Расскажите в двух словах о животноводстве и о планах по его развитию.

- У нас скот содержится как на привязном, так и на беспривязном содержании. Зимой на базах размещается 4200–4500 голов. Держим 4,5 тысячи гусей – получаем яйцо и инкубируем, а в суточном возрасте их продаем. В хозяйстве около тысячи голов лошадей. Сейчас строим новую откормплощадку на 400 голов. Наши пастбища от центральной усадьбы за 100 километров – пасем на бывших госфондовских землях, в Качирском районе. Планируем построить еще один молочный комплекс. Основное мясное стадо находится на выпасах.

Сейчас у нас имеется 7 баз. Мы поставили задачу до 2014 года увеличить поголовье до 700 голов.

В каждом животноводческом помещении размещаем по 100 голов. У хозяйства статус племенного по казахской белоголовой и симментальской породе КРС. Работает комбикормовый завод, где выпускается несколько видов комбикорма – для дойных коров, для телят, для свиней, для гусей. Работаем с ведущими компаниями в вопросах кормления скота. Вообще, в советское время была хорошая практика – встречная продажа комбикорма. К примеру, сдал 100 тонн гречки – получи 300 тонн комбикорма. Такая же схема обмена работала по просу и подсолнечнику. Цены на эти культуры тогда были хорошие, а на комбикорм очень низкая. И для хозяйства это были очень привлекательные условия.

- В каком соотношении даете скоту сочные корма, сено, комбикорма?

– Эти пропорции разрабатывают зоотехники в зависимости от питательной ценности. Берутся и анализы крови. Рационы кормления даже по группам скота делятся. До 90 дней после отела надо очень хорошо кормить корову. Если ее потенциал не раскрыть в этот срок, то дальнейшие усилия будут тщетными. В каждой базе есть 4 группы коров, и состояние животного мы постоянно отслеживаем. Если надои животное снижает, то необходимо перевести его в другую группу. Если увеличивает, нужен и другой корм. При этом важно не перекармливать, так же как нельзя и недокармливать.

Директорами не рождаются – их выбирают

– Расскажите немного о себе.

– Сам я родом из соседнего села, работаю с 1984 года. По образованию зоотехник. Когда встал вопрос о выборе руководителя хозяйства в 1993 году, народ доверил мне нести эту ношу. Тогда мне было 30 лет, и вот 18 лет работаю на этом месте.

– Сколько было скота в хозяйстве, когда вы стали директором, и каковы были площади сельхозугодий?

– В 1993 году было 3 тысячи голов скота и сеяли 12 тысяч гектаров пашни.

– Что сегодня в хозяйстве делается для развития социальной сферы?

– У нас пустых домов нет. За счет хозяйства за последние 5 лет построили 22 квартиры. Они остаются в собственности, и наши работники могут в них жить и платить квартплату, могут выкупить в рассрочку или сразу купить. Кредиты тоже даем, например, на покупку скота. Много студентов обучаем. Для этого заключаем трехсторонний договор, если студент учится по специальности, которая востребована в хозяйстве, – ветврач, зоотехник, инженер. После окончания выпускник обязан отработать пять лет. Всего у нас трудятся 400 работников. В 2005 году мы безвозмездно передали на бюджет детсад с плавательным бассейном, два ФАПа, два дома культуры. У нас отличный спорткомплекс – в его строительстве основная доля была бюджетная и частично наша. Спорткомплекс сделали филиалом ДЮСШ, здесь работают пять тренеров. Наши воспитанники занимают первое место в районе уже три года в спартакиаде, и мы ими гордимся. Каток зимой заливаем. Волейбол, баскетбол, мини-футбол, хоккей, футзал – все эти секции пользуются популярностью.


Автор: Николай Латышев

Просмотров: 1180

На печать: На печать

Опубликован: 14.10.2012 | 07:00

Метки: зерновые, животноводство, технология

Категории Люди и судьбы

Кургансемена
Петкус
РЗС Геленжджик
КазАгро 2017
Ukr
Kazan

Поиск по новостям

Поиск по датам
Поиск по меткам

Введите ваш запрос для начала поиска.