Важные темы агропрома

Николай ЛАТЫШЕВБЛОГ РЕДАКТОРА
ЗРИ В КОРЕНЬ!

непричесанные мысли о сельском хозяйстве

Баннер 3 Немецкая биржа
Fiton
Shimkent
Agrocompetenzii
Вы здесь: Главная » Люди и судьбы » Судьба моя – завод

Судьба моя – завод

Почти 40 лет проработала в производственном объединении «Целинсельмаш» Ольга Федоровна Крушина. Когда в 1995 году она вышла на пенсию, многие заводские цеха уже простаивали, заказов практически не было, а рабочие по несколько месяцев не получали зарплату. В то, что предприятие может закрыться, не верили: слишком много сил и средств ушло на его создание. Невыплаченную зарплату многие заводчане выбирали продуктами и товарами. А выбор в заводских магазинах был! Завод союзного значения в советское время обеспечивался хорошо, товары поставлялись из Москвы и Ленинграда. В счет зарплаты здесь всегда можно было купить продукты питания, одежду, трикотаж, постельное белье и махровые полотенца, обувь, посуду и бытовую технику. Это было очень удобно, так как бегать по магазинам времени не было. В перестроечные годы, когда с прилавков магазинов исчезли многие продукты, а за сливочным маслом и бразильским кофе выстраивались сумасшедшие очереди, на заводе «давали» под зарплату салями и входившие в моду индийские мохеровые шарфы. В момент выхода на пенсию завод «выплатил»  Ольге Федоровне один мешок сахара, который был доставлен ей прямо домой. Вот и вся «компенсация» за долгие годы работы на родном предприятии.   

Но выйдя на пенсию, Ольга Федоровна  ни дня не сидела дома. Так сложилось, что нынешнее место ее работы находится на территории родного завода, или, как его называют сейчас, бизнес-инкубатора «Астанатехнопарк». На заводской проходной она арендует угол для небольшого киоска. Внешне здесь мало что изменилось, не слышно только шума работающих станков. Огромные заводские корпуса стоят в безмолвии, и только таблички с номерами цехов напоминают о былом величии завода общесоюзного значения…

Большинство зданий и помещений сегодня сдается в аренду, в них размещаются различные производственные предприятия и учебные заведения. А когда-то из огромных распахнутых ворот гулом и стрекотом станков кипела жизнь...

Ольга Федоровна хорошо помнит, как рос завод, а вместе с ним менялся и облик родного города. Когда-то на месте бывшей больницы скорой помощи, где ныне расположен военный госпиталь, было большое высыхающее озеро с заболоченными берегами. Детьми они играли недалеко от заросшего камышом берега, но подходить ближе боялись. Озеро простиралось далеко за пределы нынешнего проспекта Богенбай-батыра и имело дурную славу: были случаи, когда в нем тонули люди. На берегу стоял домик заводского отдела кадров, отсюда и начинался завод. Потом озеро то ли высохло само, то ли было осушено.

Ольга Кирпенко (это ее девичья фамилия. – Прим. авт.) пришла на «Казахсельмаш» (с 1969 года «Целинсельмаш») сразу после окончания десятилетки в 1957 году. На заводе работали практически все родственники семьи Кирпенко – всего около ста человек, включая ее маму Анну Корнеевну. Так что девушка даже не раздумывала, куда пойдет после школы. Ее приняли маляром в маляро-сборочный цех, выдали спецодежду и китайские ботинки на деревянной подошве. В то время все делалось вручную. Маляры обычными кистями красили по частям подборщики-копнители, конные грабли, бороны, а потом все детали переносились на место сборки. Сушильных камер тогда еще не придумали, а на воздухе краска сохла долго, запах ее почти не выветривался, пропитывая все вокруг. В стране полным ходом шло освоение целинных и залежных земель, создавались новые совхозы, а техники не хватало. Поэтому завод постоянно увеличивал объемы и ассортимент выпускаемых сельскохозяйственных машин. Из-за нехватки рабочих нередко выходили работать и в ночную смену. Огромные заводские корпуса едва отапливались, и чтобы как-то согреться, разжигали костры. Работали много, но усталости не чувствовали. В те годы старшеклассники со своими учителями часто выезжали на помощь сельчанам на уборку урожая. Оля и ее одноклассники выполняли самую разную работу, перелопачивали зерно, чтобы не «горело». А вместе с аттестатом зрелости ей в числе немногих была вручена медаль «За освоение целинных и залежных земель».

Маляром Ольга пробыла недолго. Работа была нетрудная и скучная, а девушку все больше интересовали станки, и вскоре она выучилась на токаря. В конце 50-х – начале 60-х годов страна переживала настоящий промышленный бум, начиналась эра освоения космоса, был построен и спущен на воду первый советский ледокол. На заводах и фабриках, на всех предприятиях широко развернулось социалистическое соревнование. Бригада, в которой работала токарь Ольга Кирпенко, одной из первых на заводе получила звание бригады коммунистического труда. Работала Ольга по две смены и одновременно училась на вечернем отделении машиностроительного техникума. Уже позже заочно окончила Горьковский институт стандартизации.

С будущим своим мужем Александром Яковлевичем Крушиным она познакомилась тоже на заводе. Он приехал из Белоруссии по комсомольской путевке в один из целинных совхозов Акмолинской области. Но почему-то совхозу специалисты оказались не нужны, и его отправили обратно. «Казахсельмаш» в те годы был объявлен всесоюзной ударной комсомольской стройкой, и Саша недолго думая пришел на завод. У этого восемнадцатилетнего парня была судьба, достойная целой повести.

Отец Саши был военным, и до войны они жили в польском Белостоке. В семье было еще трое детей, старшей сестре было12 лет, а самый младший был еще на руках. Отца забрали на фронт в первые дни войны, а их вместе с другими семьями советских военнослужащих эвакуировали в Советский Союз. По дороге состав с эвакуированными был разбомблен немцами, немного не дотянув до очередной станции. Мать успела вывести старших детей из горящего вагона, а сама, по-видимому, была тяжело ранена. Много лет спустя старшая сестра Рита будет вспоминать, что мама не выпускала младшего из рук и все просила пить. Растерянная девочка побежала куда-то в поисках воды, а когда вернулась, никого уже не нашла. Фашисты добили всех раненых, а оставшихся в живых погнали назад в Польшу. Рите удалось бежать, ее спрятала польская семья, благодаря которой она выжила. На маленьких Сашу и Кирилла случайно наткнулась какая-то женщина, разыскивавшая своего пропавшего мужа. Вместе с дочерью она каждый день ходила на станцию встречать проходящие поезда, она и привела перепуганных детей в свою деревню. Пятилетнего Кирилла сразу отправили в детдом, а Сашу, которому едва исполнилось два года, забрал незнакомый дед, наотрез отказавшийся отдавать малыша. Деда звали Иосиф Петрович Дубовый. Вместе со своей женой бабой Машей они вырастили и воспитали мальчика. После войны Саша окончил профессионально-техническое училище в Гомельской области и в 18 лет приехал на целину.

Ольга с Сашей два года дружили, прежде чем пожениться. Жили поначалу у ее родителей в небольшом домике недалеко от завода. Впоследствии на месте их дома вырос целый микрорайон «Заводской». Отец Ольги Федор Моисеевич Кирпенко прошел всю войну, а перед самой победой с тяжелым ранением попал в госпиталь. Он вернулся домой в декабре 1945-го, но крошечный осколок, оставшийся после ранения в области сердца, через полгода напомнил о себе. В июне 1946 года его не стало. Анна Корнеевна замуж больше не выходила, сама подняла и воспитала троих детей.

На заводе Саша работал электромонтером, а после окончания электротехнического факультета Целиноградского сельхозинститута его назначили сначала заместителем, а потом и главным энергетиком объединения «Целинсельмаш». Через много лет после войны радиопередача «Их разлучила война» поможет ему разыскать отца и брата с сестрой. Но всю свою жизнь он будет помнить двух стариков, заменивших в трудные годы ему и мать и отца. До развала Союза и закрытия «Целинсельмаша» семья Крушиных вместе с детьми часто ездили в отпуск к своему дедушке в Белоруссию.

Лето 1962 года в Целинограде выдалось на редкость дождливым. Из-за непрекращающихся дождей частные дома, находившиеся ниже уровня новых городских улиц, оказались полностью в воде. Дом, где жили Крушины, тоже был сильно подтоплен и стал непригодным для жилья. К тому времени у них уже родилась дочь, и завод предоставил молодой семье однокомнатную квартиру в одной из четырехэтажек по улице 9 Мая. К своему токарному станку Ольга уже не вернулась. В 1963 году ей предложили пойти работать в только что образованный Совнархоз, но через два года он был расформирован в связи с реорганизацией в министерство. За плечами Ольги был уже техникум, и ее направили конструктором отдела стандартизации в заводское конструкторское бюро. КБ располагалось в пятиэтажном здании, занятом сегодня магазином «Сулпак». Здесь же находилась заводская контрольно-испытательная станция, где проводились испытания новых образцов сельхозтехники. Ольга Федоровна занималась оформлением документации на сельхозмашины. Здесь она работала до выхода на пенсию. За трудовые заслуги она награждена медалью «Ветеран труда» и значком «Отличник соцсоревнования».

В 1973 году директором завода «Целинсельмаш» был назначен Михаил Сергеевич Бутенко, который с 1975 по 1989 год проработал генеральным директором всего производственного объединения. Бывший фронтовик, требовательный и умный руководитель, он вывел предприятие в число передовых. За глаза рабочие уважительно называли его Боцман – то ли в память о его службе в морской пехоте, а, возможно, и за жесткий, справедливый характер. В эти годы широкий размах получило строительство жилья для заводчан. Молодежь охотно шла работать на «Целинсельмаш». Помимо престижной специальности здесь был шанс получить квартиру или хотя бы комнату в заводском общежитии. А квартирный вопрос в быстро растущем городе стоял остро. Работники других организаций и городских учреждений десятки лет ждали своей очереди на получение жилья, а к моменту развала Союза многие его так и не дождались. В 1980 году в семье Крушиных было уже двое детей, и завод им выделил просторную трехкомнатную квартиру. Впереди еще были годы перестройки, лихие 90-е, развал большой страны и всеобщая растерянность. То, что создавалось десятилетиями и казалось незыблемым, рушилось на глазах.

В 2000 году на «Целинсельмаше» из-за сокращений и увольнений практически не осталось работников. Но Александр Яковлевич оставался на заводе почти до самого его закрытия. Он продолжал приходить на работу, хотя знал, что конец родного предприятия неизбежен. Без зарплаты, один, он был и за слесаря, и за сантехника, и за электрика. Этого испытания его сердце не выдержало – в мае 2003 года он ушел из жизни. Говорят, беда не приходит одна, судьба приготовила Крушиным еще один удар: через год не стало мужа дочери. И только поддержка родных и близких помогла выстоять обеим женщинам.

Дочь Крушиных Ирина пошла по стопам отца и окончила электротехнический факультет Целиноградского сельхозинститута, работала в отделе патентоведения института. Сегодня она успешный предприниматель. Ее младший брат Сергей после школы уехал в Москву да там и остался. Выучился на краснодеревщика – профессия редкая и очень востребованная сегодня, женился. Приезжая с семьей в родной город, не перестает удивляться произошедшим за время его отсутствия переменам. Единственный сын Ирины – спортсмен, оканчивает Московскую академию физкультуры в Малаховке. У Ольги Федоровны трое внуков и одна правнучка. Так что жизнь продолжается.

Раушан САДЫКОВА

Журнал "Аграрный сектор", №3(21), сентябрь 2014 г.


Автор: Раушан Садыкова

Просмотров: 1882

На печать: На печать

Опубликован: 09.01.2015 | 20:03

Метки: Крушина, Целинсельмаш, завод

Категории Люди и судьбы

Петкус
КазАгро 2017
Ukr
UgAgro 2017
AgroWorld 2017
Agrofarm
UG
Teplich
Chel

Поиск по новостям

Поиск по датам
Поиск по меткам

Введите ваш запрос для начала поиска.