Важные темы агропрома

Николай ЛАТЫШЕВБЛОГ РЕДАКТОРА
ЗРИ В КОРЕНЬ!

непричесанные мысли о сельском хозяйстве

Баннер 3 Немецкая биржа
Fiton
Agrocompetenzii
Вы здесь: Главная » Люди и судьбы » Ибрагим Жангуразов: «Я все пережил: и директорские трудности, и директорскую славу»

Ибрагим Жангуразов: «Я все пережил: и директорские трудности, и директорскую славу»

Во втором номере нашего журнала за 2009 год было опубликовано интервью с генеральным директором ПК «Ижевский» Ибрагимом Жангуразовым. Год был непростым: цена на зерно упала ниже некуда, местами тонну зерна крестьяне на местах не могли и за десять тысяч тенге продать. И мы вынесли заголовок на обложку первого номера нашего журнала, который вышел в 2009 году – «Поспели хлеба – была бы цена». И, как нам казалось, максимально выразили чаяния сельхозработников: будет цена  будет и доход в хозяйстве. Но как оказалось, не все были с этим согласны. В их числе и Ибрагим Жангуразов. «Вы пишете, что «была бы цена на зерно». Я понимаю вашу озабоченность, но это одна сторона медали. Не забывайте и об интересах других сельхозпроизводителей. Если поднимется цена, подорожают и сырье для переработчиков, и корма для животноводов, значит, всем нам придется покупать дороже отечественные продукты в магазинах…»

Так нам на самом старте был преподнесен хороший урок – оценивать процессы, происходящие в сельском хозяйстве, с разных сторон и видеть картину целиком. Только тогда будет правильное и объективное понимание ситуации. Об этом я вспомнил, когда ехал на интервью в июне текущего года. Нашему постоянному подписчику и неравнодушному читателю, обладателю массы заслуженных наград и почестей и при этом очень простому в общении Ибрагиму Жангуразову в июле исполняется 80 лет. Кроме того, у него еще одна знаменательная дата: в текущем году исполняется ровно 50 лет, как он бессменно руководит своим хозяйством. В истории случай такого постоянства крайне редкий. В некоторых хозяйствах директора меняются один раз в пятилетку, если не чаще. Чем не повод пообщаться и поговорить о сельхозпроизводстве, испытаниях и победах, да и просто о жизни?

НАША СПРАВКА

Ибрагим Даутович Жангуразов родился 19 июля 1937 года в Нальчике. Организатор сельскохозяйственного производства, генеральный директор производственного кооператива «Ижевский» Аршалынского района Акмолинской области, депутат Верховного Совета Казахской СССР. После окончания в 1957 году Акмолинского зооветеринарного техникума работал зоотехником (1957-1959), заведующим отделением (1959-1961), главным зоотехником (1961-1967) в птицеводческом совхозе «Ижевский». В 1967 году был назначен генеральным директором Вишневского производственного объединения (с 1997 года  ПК «Ижевский»), в которое, кроме профилирующего птицесовхоза «Ижевский», вошли племенной завод «Юбилейный» и племенной репродуктор «Октябрьский». В 1969 году окончил без отрыва от производства Кабардино-Балкарский госуниверситет по специальности ученый-зоотехник. Вывел объединение в число передовых сельских хозяйств Казахской ССР. Кроме выращивания бройлеров, совхоз также занимался животноводством и растениеводством. Довел производство мяса птицы до 12 тысяч тонн в год. Средний показатель зерновых составлял около 20 центнеров с гектара. В 1981 году удостоен звания Героя Социалистического Труда.

Кандидат сельскохозяйственных наук, профессор Казахского агротехнического университета им. С. Сейфуллина. Почетный гражданин Акмолинской области и Аршалынского района.Почетный президент Союза птицеводов Республики Казахстан.

Ибрагим Даутович, спрошу сразу о главном: в чем секрет вашего постоянства? Вы уже 50 лет руководите хозяйством. Неужели не было соблазна уйти на какие-то высокие должности, ведь Вас наверняка приглашали…

– Отталкиваясь от вашей мысли, как я удержался на одном месте, а самое главное, в одной и той же должности, скажу: я нередко сам себе задаю этот вопрос. На протяжении 50 лет работы директором всякое бывало. Были моменты чрезвычайно трудные в жизни. И все это надо было перетерпеть. Были моменты, когда было легко и я находился на высоком пьедестале славы. Особенно когда был неоднократно орденоносцем, поступало много предложений о переезде в другие регионы на более высокие должности. Но я все это пережил: и директорские трудности, и директорскую славу. Справился, могу теперь уверенно сказать.

Но все же, что было сложнее выдержать: славу или сложные времена?

– Если честно, и то и другое было сложно. Кроме того, постоянно добавлялись специфические трудности роста предприятия: шли постоянные изменения в научных подходах к производственным процессам, менялась и сама технология выращивания сельхозживотных, включая и промышленное птицеводство. Птицеводство – это такая тонкая отрасль, в  которой, если не знаешь, работать очень тяжело. Здесь должен быть высокий профессионализм. Но во всех жизненных трудностях вот уже много лет  остаются со мной мои соратники. Есть  такие работники, которые проработали главными специалистами более 30 лет вместе со мной. Например, Николай Григорьевич Рыбалко. Заместитель директора по механизации Мурат Тулебекович Искаков, он вместе с супругой работает в хозяйстве более 20 лет. Назову и других наших работников. Мурат Искаков, исполнительный директор, его супруга работает начальником цеха переработки. Виталий Иванов ведет все полеводство и занимается производством элитных семян. Все эти и многие другие наши работники пережили вместе со мной все трудности и работают до сих пор. У нас очень профессиональная команда. А всего в хозяйстве трудится более 700 человек. Мы выпускаем большие объемы птицеводческой продукции и наладили хорошие объемы производства молока. По показателям урожайности полей и продуктивности скота и птицы наше хозяйство является одним из лидирующих в стране. Разумеется, этого успеха, которого мы добились, без научной базы и знаний специалистов, без нормального технологического оборудования достигнуть было нельзя.

Сколько хозяйство производит яиц?

– В этом году мы собираемся произвести 300 млн. штук яиц, что на 80 млн. больше, чем в 2016 году. Это увеличение равносильно тому, чтобы в Казахстане построить еще одну птицефабрику. Что получит от нас страна? Не только увеличение объемов производства высококачественного яйца, но и внедрение новейших технологий, рост налоговых отчислений. Для получения того количества продукции, которое мы сейчас производим, 30 лет назад надо было содержать как минимум 1200 работников, а сейчас их 700. Вот и считайте производительность труда. Применение новых технологий в птицеводстве, животноводстве и растениеводстве дает свои результаты, положительно отражается на продуктивности. В любой год, если работаешь по науке и внедряешь какие-то новшества, всегда получишь результат. Возьмем растениеводство. С весны у нас не выпало ни одного эффективного дождя, но наши поля исключительно выгодно отличаются от соседних, они выдерживают засуху.

Вы рассказали о команде управленцев хозяйства. А насколько сложно влиться в ваш коллектив? Как подбираете сотрудников?

– Могу с уверенностью сказать, что человек, который проработал в «Ижевском» даже на рядовой должности, будет работать хорошо и в другом коллективе, потому что воспитан в нашей системе, где надо всегда уметь объединять лучшие технологии и производственную дисциплину. Считаю своим самым большим достижением не производственные показатели, которые, безусловно, радуют, а воспитание людей, формирование профессиональной и преданной общему делу команды. Наши люди всегда были примером, как в районе, так и в области, на протяжении 50 лет моей директорской службы. И еще один серьезный момент моих взаимоотношений как директора с работниками хозяйства: за всю свою долгую работу были всякие ситуации на производстве, но ни одного человека мы за решетку не посадили, ни одну семью мы не оставили без кормильца. Последние 30-40 лет вновь прибывающих работников воспитывает сам наш коллектив, созданная общими усилиями трудовая среда, в которую они попадают. Это я считаю наивысшим счастьем директора. Моральный и психологический климат у нас один из лучших в области. Можно много говорить, сколько под моим руководством за все эти годы было произведено молока, мяса, птицы, но то, что у нас дружно работают представители 29 наций, работают на свое будущее, живут одной большой семьей, – это очень важно. Без такого единства трудно привить патриотизм подрастающему поколению. Если человек будет думать о производстве, в котором он работает, если будет стараться его улучшить, значит, он также будет думать и о будущем страны. Один из признаков настоящего патриотизма – отношение человека к труду.

Но всегда в любом коллективе есть вопрос эффективности, есть слабые звенья. Как вы с ними работаете?

– У нас просто так на ответственную работу человек не может попасть. Он должен пройти непростой путь обучения и производственной проверки. Сразу мы ему ответственную работу не поручаем. Обучая специалистов по разным специальностям, мы стараемся, чтобы был баланс сил и знаний и, соответственно, баланс ответственности.

Технологии в птицеводстве существенно изменились за 50 лет. Раньше вы работали при советской системе, имевшей свои особенности, затем наступили непростые 90-е годы. Сейчас настало другое время. Как менялось предприятие все эти годы?

– Я не могу сказать, что при советской системе именно в производстве продукции было плохо. Было очень много хорошего. Использовался коллективный подход при принятии решений. Мы этот подход не списали и используем все его преимущества и по сей день. Чтобы приобрести технологическое оборудование, которое стоит очень дорого, я приглашаю очень много разных специалистов и выслушиваю их точки зрения. При всем моем жестком директорском подходе к решению любого вопроса я всегда очень тщательно советуюсь по одному и тому же вопросу со специалистами, бывает, и не по одному разу, пока не найдем оптимальное решение. При советской власти время было совсем другое, технологии и оборудования, которое есть сейчас, тогда и в помине не было. Причем не только в СССР, но и за рубежом. Например, раньше на птицефабриках было напольное содержание птицы, сейчас мы используем клеточное, при котором задействована не только полезная площадь пола, но и все остальное пространство помещения. Клетки для птицы расположены в три-пять ярусов, а это очень серьезное решение: на 1 кг живого веса птицы используется как минимум пять-шесть кубов свежего воздуха в птичнике. Серьезно увеличилась и производительности труда за эти годы. В первое время, когда мы начали переходить на промышленное птицеводство, поголовье в сто тысяч кур было нормой для одной птицефабрики. Сейчас у нас есть такие птичники, где находится 144 тысячи птиц. И все это благодаря внедрению новых технологий. По производству комбикормов: в советские годы мы получали от государства готовые корма, а в случае нехватки – дробили сами в хозяйстве. Сегодня наш комбикормовый завод в сутки может дать 400 тонн. Да и оборудование птицефабрики мы модернизировали: использовали самые последние разработки производителей из четырех стран.

Сейчас на рынке много птицефабрик, и, естественно, каждая хочет заработать. Вам не тесно среди конкурентов? Как находите рынки сбыта продукции?

– В птицеводстве есть один очень сложный момент – это сезонность. Пришло лето, только появилась зелень, и сразу резко падает цена на яйцо. В итоге мы вынуждены его реализовывать гораздо дешевле себестоимости. Например, сегодня мы продаем его на пять-шесть тенге дешевле, чем нам обходится его производство. Самое сложное не произвести, самое сложное – реализовать. Конкурентов очень много, ладно еще свои, казахстанские, так немало желающих зайти на наш рынок и производителей яйца из соседних стран.  Немного зазеваешься, россияне и белорусы тут как тут, заваливают нас своей продукцией. Однако и мы не сидим сложа руки и тоже им подкидываем свою продукцию, когда возникает спрос и есть экономический смысл ее туда везти. Сейчас, например, мы продаем яйцо в Россию, Кыргызстан, начали продавать в Афганистан. Многие крупные фирмы – покупатели нашей продукции постоянно мониторят рынок и стараются работать с предприятиями, которые устойчивы и рентабельны, которые используют новые технологии и идут в ногу со временем. Более того, мы являемся многоотраслевым хозяйством. Даже если наступают сложные времена в птицеводстве, у нас есть другие направления: мы производим молоко, занимаемся кормопроизводством и так далее, эту продукцию мы также реализуем. На днях будем сдавать цех по переработке яиц в яичный порошок, который сможет перерабатывать сто тысяч яиц в день. Так что мы все время что-то творим.

А где вы сами повышали квалификацию, ведь, чтобы успеть за новыми технологиями, нужно и директору постоянно учиться?

– Я много учился и учусь до сих пор. Для этого я объездил полмира, пока пришел к пониманию, какая технология нам нужно для производства яйца. А иначе нельзя. Если занимаешься какой-то отраслью, ее надо знать досконально, иначе останешься сереньким руководителем и такое же хозяйство у тебя будет.

Был бы я человеком непостоянным, ленивым, незнающим, не стремящимся к новым знаниям, разве я смог бы добиться того, чего добился?  И еще мне очень повезло с хорошими людьми, как с моими подчиненными, так и с вышестоящими руководителями. Я помню многих первых областных руководителей и министров сельского хозяйства, но я не помню ни одного из них, кто ко мне и к нашему хозяйству плохо бы относился. К тому же я и сам старался людей поддержать: в нашем хозяйстве было три Героя Соцтруда, при мне наградили более 50 тружеников орденами Советского союза, а ведь тогда был серьезный фильтр и получить награду было очень непросто.  В каком году Вы получили звезду Героя Соцтруда?

– В 1981 году. В приказе значилось: «За выдающиеся заслуги в производстве зерна».

Ваше хозяйство занимается, помимо птицеводства, производством зерна. Не хотели бы зерновые заменить другими культурами?

– Я в принципе не согласен с теми, кто говорит, что зерна в Казахстане слишком много производится. Его много быть не может, просто его надо перерабатывать. Казахстан занимает лидирующие места в мире по продаже муки и всегда был зерновой державой. Просто нужно развивать глубокую переработку зерна. Казахстанское зерно с высочайшим содержанием клейковины – это золотой актив. Помимо экспорта, для нас зерно это основа развития животноводства и птицеводства. А продукцию животноводства и птицеводства можно всегда продавать с большой добавленной стоимостью. Экономика нашего хозяйства так выстроена, чтобы все зерно, которое мы производим, шло на нужды птицефабрики. Сейчас мы даже закупаем его на стороне, так как своего не хватает для растущего поголовья птицы.

Каково Ваше отношение к вопросу господдержки сельского хозяйства? Какой она должна быть?

– Считаю, что сельское хозяйство в наших природно-климатических условиях без субсидий редко в какой год будет работать с прибылью. Поэтому субсидии однозначно необходимы. Но при этом мы все, кто имеет землю, должны работать в одинаковых условиях. А сегодня налоги по полной программе платят только объединенные предприятия (АО, ТОО, ПК), все остальные платят налоги мизерные. Так не должно быть.

Требует корректировки механизм субсидирования. Если положено платить затонну молока определенную сумму, то ее надо платить без посредников, не спуская на акиматы и так далее. Эта сумма должна напрямую зачисляться на счета товаропроизводителя. Это не так сложно сделать. Тогда не будет коррупции и всяких других шероховатостей во взаимоотношениях между государством и агробизнесом. Если взять субсидии по молоку, то сегодня существуют три уровня субсидирования. Почему хозяйствам одного уровня платят 10, а другого – 15 тенге за литр? На каком основании? Где экономическая сторона дела? Может, на крупном предприятии молоко дешевле? Или, наоборот, почему мы, крупные предприятия, должны за яйцо получать три тенге, а мелкие – полторы? Кто это объяснит? Сам подход выплаты субсидий надо довести до ума, тогда не будет многих головных болей. Мы сейчас столько бумаг собираем – и в районе, и в области. Сейчас раздробили субсидии: за комбайн, за погрузчик, за каждую мелочь… Может, с точки зрения государства, это нужно делать, но во что это выливается, в какую большую бумажную бюрократию!

Какое внимание уделяете в хозяйстве вопросам ветеринарии?

– Очень большое. У нас очень строго налажена пропускная система, вход и въезд на территорию птицефабрики. Везде стоят дезинфицирующие дорожки. Во время забоя ветеринарный врач рассматривает каждую тушку цыпленка. Кроме этого, на конвейере просматривается каждое из 800 тысяч яиц. Даже если есть небольшая пигментация или микротрещина, машина яйцо бракует, и оно идет на переработку.

Сколько у вас сейчас пашни?

– Сегодня в хозяйстве 18 тысяч гектаров. Но нам хватает. Имея меньше четырех процентов сельхозземли от всей площади района, мы платим более 50 процентов налогов по строке «Сельское хозяйство» в нашем Аршалынском районе.

Помимо птицеводства, вы занимаетесь и молоком…

– Занимаемся, но молоко любит масштабы. В свое время наше хозяйство занималось свиноводством и овцеводством. И там тоже нужны были масштабы. А значит, работает большой коллектив, который дает большой объем продукции и при этом нарабатывает отличный опыт на большом производстве. Да и специалисты профессионально растут. Когда вы занимаетесь молочным производством и у вас тысяча коров, тогда можно создать племенное ядро, а когда у тебя 50 коров, то руки связаны. Каким бы было наше хозяйство, если бы мы производили всего 30 миллионов яиц? Чем больше производство, тем оно более прибыльное, тем выше уровень рентабельности. А откуда будет рентабельность, если в хозяйстве пара десятков коров?

Сегодня активно обсуждаются вопросы кооперации мелких хозяйств на селе. Они позволят дать те масштабы, о которых вы говорите?

– То, что сейчас продвигается идея кооперации, – это отлично, так как в будущем даст хороший толчок в развитии хозяйств и возможность занять тех сельчан, которые сегодня числятся самозанятыми. Эти люди будут чувствовать себя частью общества. Но здесь нужен и контроль. Речь идет об ужесточении ветеринарного надзора. Сейчас кооперативами надо заниматься днем и ночью, но обязательно под жестким контролем ветеринарных врачей.

Хотелось бы знать ваше мнение по нашумевшему земельному вопросу?

– До сих пор мы каждую неделю заседаем в Парламенте. Поправки вносятся в законодательство, но они пока не очень существенные. Вопрос частной собственности на землю и эта тревога, которую некоторые граждане высказывают, имеют под собой основу. Некоторые думают, что если мы будем иметь землю в частной собственности, то процветание наступит само собой. Это вовсе не обязательно. Надо просто к земле хорошо относиться, и нужна гарантия, что 49 лет эта земля будет принадлежать тому, кто на ней работает, и кто в нее вкладывает средства. И тогда совсем не обязательно ее выкупать, пусть она остается в аренде. У земли должен быть совестливый хозяин. Мы в хозяйстве сейчас вносим навоз на поля. На 1 га надо внести 150 тонн. Представляете, сколько для этого нужно горючего и тракторов? Потом соседи удивляются, почему у нас урожай выше. Если бы у нас не было совести, мы бы этого не делали. Поэтому считаю: пока нет резона продавать сплошь и рядом землю в частную собственность. Но как альтернатива (иметь ее в долгосрочной аренде, чтобы человек спокойно на ней работал в течение 49 лет, вносил удобрения, улучшал ее, а по истечении этого срока она перешла к его потомкам) – это хорошо. А продавать ее сейчас одному, второму, третьему – лишь бы продать – это неправильно.

У некоторых руководителей хищническое отношение к земле. Она живая! И к ней надо относиться по живому. Земля не терпит погрешностей и людей с неустойчивым характером. Земля должна получать то, что она должна получать.

Расскажите о ваших корнях? Как попали в Казахстан?

– Мои родители в Казахстан были высланы в 1944 году наравне с другими балкарцами. Мне тогда было шесть лет. Я окончил школу в Акмолинске, очно окончил Акмолинский зооветеринарный техникум и заочно– Кабардино-Балкарский университет. И получил очень глубокие знания в этом университете. При этом никогда не думал быть директором, да и никогда не хотел, напротив, я все время хотел заниматься наукой.

Как тогда вы стали директором?

– В хозяйстве, куда я пришел работать, был очень знаменитый директор – Екатерина Андреевна Зайчукова. Вместе с ней я проработал шесть лет. У Зайчуковой тогда было восемь главных специалистов, и я был самый молодой. Но, после того как она решила уйти с поста директора, ее выбор пал на меня. Первым секретарем Целиноградского обкома Компартии Казахстана тогда был Николай Ефимович Кручина, который меня и утвердил в этой должности. Помню, предварительно меня вызвал секретарь обкома Коротенко, я ему честно сказал, что желания быть директором совхоза не имею, что поработаю и уйду в научную деятельность… Но в итоге развернул крупную стройку в совхозе. Построил племрепродуктор «Октябрьский», племзавод «Юбилейный», много строилось жилья, высаживалось деревьев, асфальтировались дороги… Когда принимал хозяйство, в нем было 4 млн. рублей убытков и 4,8 млн. рублей долгов. В 1970 году мы получили первую прибыль – 30 тысяч рублей. И когда, помню, решил выдать первую премию людям, разделил полученный доход, тогда на меня пошла первая жалоба в обком. В этом деле всем никогда не угодишь, и руководитель должен быть очень справедливым. Тогда была развернута большая битва за прибыль. Нам давали возможность до двух процентов прибыли направлять на премии работникам…

А сколько всего было руководителей у «Ижевского»?

– За 60-летнюю историю хозяйства всего было четыре директора, из них я руковожу хозяйством 50 лет. Каждое дерево, каждый дом построен здесь за моей подписью. Я вырос здесь, в Казахстане, сформировался как личность. Хорошо говорю на казахском языке.

Вызывали ли вас на ковер в обком в советские годы?

– Было и такое. Вызвал меня на коллегию начальник управления А. Никулин, когда я занимался свиноводством и в хозяйстве случился падеж 619 голов свиней, хотя у свиноводов это закономерные вещи. Пришел я в управление, и там меня начали «мутузить», а я был не из трусливых. Мне говорят: «Мы вас посадим!» А я отвечаю: «Сажайте. Раньше сяду – раньше выйду». Всех такой поворот дела тогда так рассмешил, что мне объявили строгий выговор и отпустили.

Ваши юные годы прошли в Акмолинске. Что больше всего запомнилось из тех лет?

– Акмолинск, а затем и Целиноград – это для меня родной город Я его знаю с тех времен, когда еще не было не то, что асфальта – водопроводов и канализации!  По улице Ленина (сейчас пр. Абая) ходил всего один автобус, и за рулем была местная знаменитость – тетя Дуся. Мы, пацаны, у кого были железные коньки, цеплялись за этот автобус и ехали. Но это не всегда заканчивалось хорошо: жители домов выносили золу на дорогу, из-за которой мы спотыкались и падали. Хорошо помню микрорайон Молодежный, в котором, как шутили, комары были как воробьи. Будучи комсомольцем, я там много посадил деревьев, тогда это был край города. Хорошо помню кинотеатр «Заря» (тогда в Акмолинске было всего три кинотеатра: «Заря», «Родина» и «Октябрь»), недалеко от которого располагался зооветеринарный техникум. Великолепный был техникум!  В нем учились представители 30 наций. Из этого техникума вышли будущие известные руководители: Кревер, Браун, Балгамбаев, Докалов и многие другие. Чтобы достать билет в кинотеатр «Заря», люди занимали очередь с раннего утра. Первый сеанс начинался в девять утра. Кинотеатр всегда был заполнен до отказа. По вечерам в субботу и воскресенье на танцплощадках города проходили танцы. И мы все туда ходили пешком, хотя путь был неблизкий. Помню, на берегу Ишима был клуб коммунальщиков, куда мы частенько заглядывали, а после танцев, бывало, и подраться приходилось.

Помимо птицеводства, не пробовали развивать другие виды животноводства?

– Было время, когда мы неплохо развили свиноводство. Весь Целинный край учился у нас этому делу, и моя фамилия как опытного свиновода была на слуху. Казалось бы, какая тут связь – балкарин и свиновод, но я внедрил туровые опоросы. На люцерне построил специальные домики, и каждая свиноматка там отдельно поросилась, принося по 12 поросят, тогда мы разводили породы крупная белая и эстонский ландрас. До сих пор со мной и многие российские свиноводы советуются. Но дальше мы не стали развивать свиноводство, так как, во-первых, снизился спрос на свинину, а во-вторых, и свинья, и птица много потребляет корма. И мы выбрали птицу.  Я также занимался коневодством, из Башкирии завозил племенных орловских рысаков. Занимался молочным скотоводством, молочный скот завозил из Украины, из Донецкой области. Одним из первых в область завез симментальскую породу коров. В 1962 году меня направили от Целинного края в Прибалтику и Ленинградскую область для закупа для Целинного края молодняка скота. В Краснодарский край летал, заключал договоры на поставку птицы и на Ан-12 возил цыплят. В общем, много чего пробовал и начинал, пока не определился, на какие отрасли нужно делать ставку в хозяйстве.

Заканчивая интервью, вспомнил еще одну мысль, которую Ибрагим Даутович высказал в нашем прошлом интервью: «В трудные годы развала одни руководители все богатство хозяйств положили себе в карман, а у других личный карман был пуст, зато совхозные амбары были полны зерна. При всех условиях надо оставаться человеком и быть гражданином той страны, где ты живешь». Думаю, в этой фразе весь Ибрагим Жангуразов, который полвека успешно руководит «Ижевским».

Николай Латышев


Автор: Николай Латышев

Просмотров: 173

На печать: На печать

Опубликован: 22.10.2017 | 14:39

Метки: Казахстан, Акмолинская область, ПК «Ижевский», Ибрагим Даутович Жангуразов, птицеводство.

Категории Люди и судьбы

Kupit knigi
Петкус
грин хауз
Юг Агро

Поиск по новостям