Важные темы агропрома

Николай ЛАТЫШЕВБЛОГ РЕДАКТОРА
ЗРИ В КОРЕНЬ!

непричесанные мысли о сельском хозяйстве

Баннер 3 Немецкая биржа
Fiton
Holland
Shimkent
Agrocompetenzii
Вы здесь: Главная » Аграрная наука » Николай Буянкин: о силе Солнца и красоте щелевого рыхления

Николай Буянкин: о силе Солнца и красоте щелевого рыхления

Если сегодня не остановить разграбление плодородного слоя почвы (где по незнанию, где по стечению обстоятельств, а где из-за желания быстрого обогащения), то завтра мы оставим после себя бесплодную пустыню. Что сделать, чтобы сохранить почву, поддержать ее плодородие? Многие скажут, что на это нужны финансы, современные сельхозмашины и удобрения, прогрессивные (далеко не дешевые) системы управления… И будут по-своему правы. Но возникает простой вопрос: где на все это фермеру взять деньги, если их не всегда хватает на самые основные агромероприятия? Ответ может кого-то удивить, но недостающий финансовый поток можно компенсировать потоком… солнечных лучей, важно только правильно его использовать на нужды сельхозпроизводства. Звучит как-то несбыточно и веет фантастикой 70-х годов, скажете вы. Но реальности современной рыночной жизни рано или поздно заставят шире использовать в сельском хозяйстве такой независимый от нас внешний фактор, как солнечная радиация. Причем использовать как крупному агрохолдингу, так и простому фермеру, живущему в ежовых объятьях рынка и бьющемуся за свое место под рыночным солнцем. Кстати, о Солнце и солнечных лучах, их роли в повышении урожаев сегодня и пойдет речь в самом прямом смысле этих слов. Немаловажно, что в отличие от дорогих технологий, так или иначе направленных на постоянное удорожание всего и вся, использовать солнечный фактор каждый аграрий может совершенно бесплатно (хоть на это еще тарифы не установили!). Главное – правильно понимать законы природы. Каким образом все это сделать? Об этом и многом другом наше интервью с доктором с.х. наук, директором Калининградского НИИСХ Николаем Буянкиным.

Напомним, что статьи Николая Ивановича Буянкина мы уже публиковали на страницах нашего журнала («Влага и урожай»,№ 3(13), сентябрь, 2012 г. и «К вопросу о летнем посеве однолетних культур» №1(23), март 2015 г.).

На этот раз по приглашению ученого мы пошли (вернее полетели) гораздо дальше – в Калининград, чтобы убедиться, как на практике работает его идея летних посевов однолетних культур на полях института и фермерских хозяйств, а заодно поговорить на другие актуальные темы. Наша встреча состоялась в середине сентября. Удивительно, но дождей в дождливой Калининградской области в этот период не было, хотя летом дождь изрядно подпортил урожай местным фермерам.

В начале беседы мы не могли не спросить ученого об изобретении, родившемся на казахстанской земле еще в конце 80-х годов прошлого века. Именно это качественное и, что немаловажно, простое в изготовлении орудие осенней обработки сегодня могло бы хорошо помочь нашим фермерам в осенней обработке почвы. Речь идет о щелевом рыхлителе ЩР-4,5.

Из глубины Тургайских почв

 – Николай Иванович, вы ввели в научный агрономический оборот словосочетание «щелевое рыхление». В чем его отличие от понятия «щелевание»?

– Агроприемщелевое рыхление широко использовалось в советское время. Используется и сейчас. Еще работая в Аркалыкской СХОС в Тургайской области, мы в обычной кузнице сделали самодельное орудие – щелевой рыхлитель. Результаты работы на осенней обработке почвы он показал прекрасные. Казалось бы, теперь производство должно было просто схватиться за эту разработку и быстро ее внедрить. Но все оказалось гораздо сложнее. Кто-то должен был эту разработку продвигать в жизнь. Я обратился с письмом в общесоюзную газету «Правда». Через некоторое время в ней вышла статья, где говорилось об этой проблеме – почвообрабатывающее орудие создано, сельхозпроизводство в нем нуждается, но разработка не внедряется. Доходило до того, что с завода приходили новые плоскорезы-глубокорыхлители, но из-за того, что по сухой и переуплотненной почве они работали неустойчиво и некачественно (вообще не заглублялись или заглублялись, но при этом выворачивали глыбы), в хозяйствах их резали и переделывали под мой щелевой рыхлитель.

«Правда» была не та газета, статьи которой можно было игнорировать. В скором времени приезжают в Аркалыкскую СХОС высокие гости – министр сельского хозяйства Казахстана Михаил Моторико и второй секретарь Тургайского обкома партии Геннадий Коротенко. В то время я был заместителем директора по научной работе этой станции и пропагандировал щелевое рыхление.

Моторико посмотрел щелевой рыхлитель и говорит: «Ты сделал отличное орудие, но… я тебе ничем не помогу, так как выделение металла на производство этого почвоперерабатывающего орудия – это большая политика и решается она в Москве...»

В середине 80-х в Кустанае и Кокчетаве были созданы НИИСХ. И меня «двинули» на пост замдиректора по научной работе Кокчетавского НИИСХ, руководителем которого был назначен Анатолий Денкилакер. Работая уже в Кокчетавской области, я старался внедрять в производство свое изобретение. Но этот процесс шел сложно. Нужна была установка сверху, а ее никто не давал. В Кокчетавской области был известный агроном-новатор Виктор Люфт, с которым мы опубликовали ряд материалов по щелевому рыхлению.

В итоге мои немалые усилия и пропаганда новой разработки не прошли даром. В 1986 году в Москве было принято решение включить это самодельное почвообрабатывающее орудие в государственное испытание на двух машиноиспытательных станциях – Целинной и Омской МИС, куда и был доставлен мой щелевой рыхлитель. Сюда же были привезены и аналогичные почвообрабатывающие орудия, разработанные в таких серьезных учреждениях, как Целиноградсельмаш, Омсксельмаш, Белорусьсельмаш и других научных учреждений страны. Для испытания были доставлены плоскорезы-глубокорыхлители, чизели – орудия со стойками СибИМЭ, а также закупленный за рубежом новый тип почвообрабатывающего орудия «Параплау» и его варианты, разработанные нашими учеными-инженерами для различных почвенно-климатических зон СССР. В государственном испытании всего было 18 орудий, включая щелевой рыхлитель. Все представленные на испытании почвообрабатывающие орудия были выпущены заводами, и их представляли инженеры. И только мое орудие было изготовлено в мехмастерской института, и представлял его агроном. Инженеры-испытатели дали ему кличку «страшилище». Когда начались испытания, привезенные почвообрабатывающие орудия одно за другим начали выбывать из борьбы по различным причинам – одни выворачивали глыбы, другие работали неустойчиво и время от времени «выскакивали» из почвы, у третьих были другие проблемы. А щелевой рыхлитель ЩР-4,5 («страшилище») все идет и идет, обгоняя конкурентов по всем показателям. В итоге к финишу пришли два почвообрабатывающих орудия – один из вариантов «Параплау», совместно разработанный учеными-инженерами нескольких заводов, и мое произведение, изготовленное в условиях мехмастерской – щелевой рыхлитель. Так как заказчиком в то время на почвообрабатывающие орудия являлось МСХ СССР, то по результатам государственных испытаний в Москве ученым-инженерам, академикам было сказано прямым текстом: «Кому нужны ваши разработки, которые не востребованы производством. Простой агроном вас обошел и создал орудие, которое пользуется большим спросом у производственников». Но, с другой стороны, окончательно осадить академиков посчитали большим вызовом. Поэтому было принято «соломоново» решение – выпустить на заводе Целиноградсельмаш одну тысячу щелевых рыхлителей и одну тысячу орудий «Параплау». Смысл такого решения был в том, чтобы производственники сами, «рублем», решали, какое орудие в дальнейшем заводу выпускать. Цена заводского щелевого рыхлителя в то время составляла 4,5 тысячи советских рублей, а «Параплау» – 10 тысяч рублей. Но у «Параплау» был свой плюс – орудие позволяло тратить меньше солярки при обработке почвы, но щелевой рыхлитель его превосходил по качеству обработки. После «Параплау» приходилось поля выравнивать, а после щелевого рыхлителя они были ровные. К тому же в случае поломки щелевой рыхлитель можно было отремонтировать в условиях кузницы, а у «Параплау» рабочие стойки в изготовлении очень сложные, и поэтому в случае поломки необходимо было покупать новые.

Как бы то ни было, положительные качества щелевого рыхлителя решили его судьбу. За 1986–1989 годах Целиноградсельмашем было выпущено более 5 тыс. орудий. В 1989 году в Северном Казахстане и Западной Сибири щелевым рыхлителем было обработано около 1 млн га пашни. Мне было рекомендовано свою разработку представить в виде научного доклада и защитить докторскую диссертацию, что я и сделал в 1991 году в Тимирязевской сельхозакадемии.

Щелевые рыхлители выпускались бы и дальше, но распался СССР, закрылся завод «Целиноградсельмаш», который выпускал почвозащитные орудия для всего Союза – пришли другие времена. Тут уже было не до щелевого рыхлителя. Тем не менее даже относительно небольшое количество выпущенных орудий осталось в памяти тружеников полей. Прошло более 20 лет, а на мою электронную почту до сих пор приходят письма. Вот, к примеру, в 2016 году фермер из Самарской области пишет: «Скажите, где можно купить щелевой рыхлитель?». К сожалению, заводы их больше не выпускают, а чтобы наладить производство, нужно снова начинать все заново и убеждать различные органы и инстанции в важности и необходимости этой разработки.

Несмотря на то что все изменилось за эти годы – страна, общественный строй, закрылась масса одних заводов и открылись какие-то другие производства, одно остается неизменным – человеческая консервативность и нежелание что-то менять. Новаторы, как и в советские времена, ходят с протянутой рукой, но теперь уже не по госучреждениям, а по бизнесменам, предлагая вложить деньги и взяться за внедрение в производство своих изобретений. И зачастую безуспешно.

– А вообще, что вас подтолкнуло к изобретению щелевого рыхлителя и как шла эта работа?

– Щелевание как прием известно давно. Занимаясь вопросами обработки почвы, я как-то проанализировал ширину междурядий между стойками щелереза. Как оказалось, в производстве щелевание проводилось с междурядьями 90 см, 1, 1,5 и 3 метра. Анализ урожайности показал, что чем ближе были расположены между собой щели, тем выше получалась урожайность. Но влияние расстояния между рабочими стойками меньше 90 см на урожайность зерна никто не изучал, так как при таком расположении рабочих стоек почва «клинит» между ними и орудие не обеспечивает качественную обработку. Поэтому мы решили разработать такое орудие, которое обеспечивало бы рыхление почвы с расстоянием меньше 90 см, и изучить, как оно влияет на урожайность зерновых культур.

В ходе многочисленных опытов мы устанавливали стойки с разными междурядьями. Установили междурядья 45 см – трактор не тянет, так как почва «клинила» между стойками и почвообрабатывающее орудие работало, как бульдозер. Что делать? И вдруг меня осенило – взяли и поставили стойки в шахматном порядке. И все встало на свои места – щелевой рыхлитель пошел по переуплотненной почве как «по маслу». В первом ряду стойки встали через 90 см, во втором с таким же расстоянием. В итоге расстояние между проходами составило 45 см. Привычной лапы у щелевого рыхлителя нет – при работе он идет ровно, вначале земля слегка приподнимается и затем также плавно опускается. И вся талая вода весной впитывается в образующуюся щель и рыхлую почву, а не стекает в понижения. А после прохода плоскореза вода не успевала проникнуть в обработанную, но глыбистую почву и поэтому стекала по уклону, размывая и снося при этом верхний слой почвы, что приводило к водной эрозии. Не случайноэто орудие было изобретено именно в Тургае – там очень плотные почвы и нужно было найти решение, позволяющее эту плотную массу рыхлить, не создавая условия для водной эрозии.

– Какую глубину обработки щелевого рыхлителя вы считаете оптимальной?

– Мы изучали различные глубины обработки – 20, 25, 35 см… Даже пытались заглубляться на экстремальные 40 см – для этого за щелевой рыхлитель цепляли два К-700 и с их помощью заглубляли его на 40 см. В итоге, перепробовав все варианты, остановились на самой оптимальной глубине – 20–25 см. Обработка почвы на меньшую глубину нужного эффекта не давала, но и глубже не было смысла обрабатывать – возрастали затраты.

– Насколько весомая была прибавка урожая в Тургае?

– Этот вопрос мы изучали около 12 лет. В итоге пришли к выводу, что в наших опытах, проведенных в Аркалыкской СХОС, прибавка урожая достигала 1,5 ц/га, в условиях Кокчетавского НИИСХ – до 2 ц/га. Для засушливых условий степи – это довольно внушительная прибавка.

Между Роктанэном и Бараевым

 – Расскажите о вашем пути в науку.

– В 1969–1974 годах я обучался в ЦСХИ. Моим научным руководителем был известный ученый Лев Сергеевич Роктанэн. Он дал мне в жизни очень многое и прежде всего – научил правильно мыслить. И конечно, заразил меня идеей внедрения в производство комбинированных паров. После института по направлению я поехал в Тургайскую опытную станцию, а затем в Аркалыкскую СХОС. Но тут надо кое-что пояснить. Так получилось в жизни, что я еще абитуриентом познакомился с директором ВНИИЗХ академиком Александром Ивановичем Бараевым. Он по-отечески меня всегда опекал и помогал. А после окончания вуза написал письмо ректору ЦСХИ Моисею Ароновичу Гендельману с рекомендацией меня в аспирантуру. Лев Сергеевич тоже готов был меня взять на кафедру. Но у Бараева и Роктанэна были разные взгляды на роль паров и систему земледелия. Бараев был за чистые кулисные пары, а Роктанэн отрабатывал технологию комбинированного пара, на которую он получил свидетельство на изобретение. Ни тот, ни другой не хотели уступать и считали свои подходы правильными. По простоте душевной, не зная тонкостей этих разногласий, я решил, что будет правильным с моей стороны, если я после поступления в аспирантуру буду изучать эффективность и комбинированного, и кулисного паров. С этим и пришел к Бараеву. Так и сказал: хочу, чтобы у меня были 2 руководителя – Вы и Лев Сергеевич. Бараев отреагировал категорично – и сказал: выбирай – или я, или комбинированный пар. Приехал к Роктанэну с этим же вопросом. Он говорит – принимай решение. А тут в институт прибыл заместитель директора по научной работе Тургайской СХОС М. И. Кельдибеков и приглашает меня на работу в опытную станцию. Я ему говорю – возьмете мою тему комбинированных паров, тогда поеду к вам работать. Он говорит – возьмем. Как приедешь, сразу предоставим как молодому специалисту квартиру в новом доме. Так я уехал в Тургай.

Не забуду свой первый день приезда. Прибыл в опытную станцию в 6 утра. Смотрю, по улице идет какой-то пожилой мужчина, представительный, в костюме. И спрашивает меня, что я тут делаю. Я ему в ответ – жду, когда контора откроется. Из Института приехал на работу устраиваться. А он меня спрашивает – надолго-то собрался сюда? Я говорю, если моя тема пойдет, то надолго, если нет, то уеду. А он говорит – я знаю, что те, кто работает, у того темы идут. В общем, немного поговорили и разошлись. Через час контора открылась, захожу в приемную и прошусь к директору на прием. Дверь открывается и... вижу этого незнакомца, с которым утром уже побеседовал. А он сидит и улыбается. Директором тогда был А. П. Обушко. В общем, мне предоставили сразу двухкомнатную квартиру и создали все условия, чтобы я занимался своей темой – комбинированными парами.

– В чем отличительные особенности этих паров?

– Суть дела в том, что в первую половину лета механическими и химическими приемами ведется борьба с сорняками. А во второй половине сеется овес, который остается в зиму накапливать снег и защищать почву от ветровой эрозии. Позже я предложил его частично убирать на зеленый корм и оставлять кулисы из овса перед уходом в зиму. Таким образом создается стерня, которая защищает почву от эрозии и накапливает снег. Было подсчитано, чтобы создать необходимое количество стерни для защиты почвы от эрозии, нужно к уборке получить 0,8 млн штук растений на 1 га. Для этого оптимальная норма высева овса составляет 35 кг/га. Название «комбинированный» подчеркивало, что на почву оказывалось механическое, химическое и биологическое воздействие с конечной целью – предотвратить эрозию и сохранить плодородие. Но, как я уже говорил, А. И. Бараев не хотел признавать комбинированные пары, хотя они гармонично вписывались в почвозащитную систему земледелия, разработанную ВНИИЗХ. Чистые и кулисные пары не обеспечивали защиту почвы от эрозии, за что подвергались в то время резкой критике.

На основании проведенных научных исследований в условиях Тургайской области в 1979 году я защитил кандидатскую диссертацию по комбинированному пару на Ученом совете Целиноградского СХИ, членом которого являлся и академик А. И. Бараев.

Прошло с тех пор много лет. В 1993 году я стал директором Калининградского НИИСХ. И узнал об одном интересном факте: Лев Сергеевич Роктанэн вместе со своей супругой в 1953–1954 годах работал здесь, в тогдашней Калиниградской СХОС, в должности заместителя директора по науке перед тем, как уехать в Казахстан. Судьбе было угодно меня забросить именно в эти края, чтобы внедрять идеи моего учителя, которые родились когда-то в Казахстане…

Бобово-злаковое царство

 – Хорошо. А теперь перейдем к вашему второму ноу-хау, которое тоже зародилось в Тургайских степях, – идее летних посевов однолетних культур и двукратному повышению их урожая...

– Когда я начал заниматься комбинированными парами, то заметил, что летние посевы овса не только надежно защищают почву от эрозии, сохраняют ее плодородие, но и в позднеосенний период формируют значительно больший урожай зеленой массы, чем весенние посевы. Так, в среднем за годы исследований в условиях Северного Казахстана (1974–1991) урожай зеленой массы овса весеннего посева по годам составил 5–7 т/га, а при летних – 11–15 т/га (при среднемноголетней сумме осадков, выпадающих за год в регионе 280–320 мм). В связи с этим, начиная с 1993 года по настоящее время, в условиях уже Калининградской области на дерново-подзолистой почве мы продолжили научные исследования в плоскости углубления сравнительного изучения летних и весенних посевов однолетних культур длинного дня. В полевых опытах изучались следующие культуры: овес, пшеница, ячмень, люпин, кормовые бобы, бобово-злаковая и люпино-гороховая смеси. Полученные в результате многолетних научных исследований данные по урожайности зеленой массы в сравнительных весенних и летних посевах однолетних культур длинного дня полностью подтвердили эффективность летних посевов. В итоге закономерность, выявленная в условиях Северного Казахстана, подтвердилась и в условиях Калининградской области – здесь в среднем за годы исследований (1993–2015) весенние посевы однолетних культур длинного дня дали по годам от 15 до 30 т/га, а летние от 50 до 60 т/га зеленой массы (при среднемноголетней сумме осадков, выпадающих за год, от 700 до 800 мм).

– До вас ученые тоже знали об этом явлении?

– Аналогичные данные по урожайности зеленой массы в пользу летнего посева были получены в исследованиях других ученых в условиях европейской части России и Сибири. Однако, несмотря на многочисленные подтверждения отмеченного свойства летних посевов однолетних культур (создавать повышенный урожай зеленой массы в летне-осенний период), этому факту до сих пор не дано должного объяснения для научного и практического использования. Причиной тому является недостаточная изученность вопроса взаимосвязей растительного организма с необычными для растения изменяющимися факторами внешней среды во второй половине лета. Поэтому летние посевы однолетних культур до сих пор рассматриваются как временные мероприятия, имеющие второстепенное значение, и их рекомендуют использовать как поукосные, пожнивные, почвозащитные, сидеральные и другие посевы. За основу их возделывания берется срок уборки предшественника (июнь, июль, август), т. е. агротехнический фактор и экономическая целесообразность. Это не совсем правильно (более подробно об этом изложено в книге «Астрономический аспект на продуктивность растений», вышедшей в этом году в Германии и фрагменты которой мы начинаем публиковать в этом номере журнала). Но чтобы все реально увидеть, как все это происходит, давайте поедем на поля института, и вы все увидите своими глазами.

Вместе с Николаем Ивановичем мы отправились на стационар института и уже в поле продолжили интервью.

 – Сколько осадков выпадает в вашем регионе? – интересуюсь у директора.

– Около 800 мм с максимумом во второй половине лета. Очевидно, что климатические условия Калининградской области и Казахстана разные. Но световой режим особенно ничем не отличается, как и во всем умеренном поясе северного полушария – в Казахстане, Калининграде, Новосибирске или землях Германии. Из выращиваемых в институте 60 культур 40 – кормовые. При этом некоторые культуры вполне подходят к условиям Казахстана – например, могар или пайза.

– Какова площадь земли в Калининграском НИИСХ?

– Институт расположен в поселке Славянское, в 30 километрах от Калининграда. У нас 5 тыс. га. Из них 2,5 тыс. – это польдерные земли, расположенные ниже уровня моря. От затопления их удерживает немецкая плотина, созданная еще в XVII веке. В нашей области практически все земли мелиоративные. Хотя осадков выпадает более чем достаточно по казахстанским меркам, но если пару недель дождя нет, то растения начинают испытывать недостаток влаги. Это связано с тем, что почвы в основном легкие по мехсоставу и влага быстро стекает в нижележащие горизонты и по мелиоративной системе выводится за пределы поля в каналы, которые отводят воду в залив. Водный режим у нас промывной. В связи с этим наблюдается большой вынос азота, поэтому высока потребность во внесении минеральных и органических удобрений.

Помимо других культур большое внимание мы уделяем изучению выращивания различных сортов люпина на сидераты и зеленый корм. Клубеньковые бактерии на корнях бобовых культур способствуют получению достаточно высокого урожая этих культур без применения удобрений, а как предшественники бобовые позволяют экономить применение минеральных удобрений на последующих культурах, высеваемых после них. Ученые и земледельцы привыкли само растение видеть как элемент технологии. Но, на мой взгляд, правильнее рассматривать технологию как приложение к растению и его потребностям. Ведь синтезирует урожай – растение, а не элементы технологии. Они только обеспечивают растение наилучшими условиями во взаимосвязи с окружающей средой. Поэтому если мы повысим эффективность КПД солнечного луча, мы существенно увеличим продуктивность растений.

– Насколько распространены пары вообще в фермерских хозяйствах области?

– В области, при таком количестве выпадающих осадков, считаю, необходимости в парах нет. Чистые пары здесь вообще не нужны. Комбинированные пары следует практиковать в семеноводческих хозяйствах. Но реальность такова, что многие фермеры зациклились на трехполке: пшеница – рапс – чистый пар, хотя в советские времена в хозяйствах были 8–9-польные севообороты. В последние годы стали расти площади под кукурузой, люпином, просяных и других культур.

Несмотря на относительно благоприятный климат, природа тоже выдает сюрпризы даже здесь, в Калининградской области. Как сказал Николай Буянкин, прошлой зимой от морозов в фермерских хозяйствах погибло до 50% посевов импортных сортов озимого ячменя, озимой пшеницы и озимого рапса. Невероятно, но факт – несколько дней в январе стояли 20-градусные морозы при отсутствии снежного покрова, и судьба импортных сортов и гибридов была предрешена, тогда как сорта российской селекции перезимовали и дали неплохой урожай. Снег здесь в последние годы бывает далеко не всегда.

– Смотрите, у летнего посева овса какой широкий лист,– показывает Николай Иванович, – культуры, которые сформировались в умеренном поясе северного полушария, относятся к растениям длинного дня. К ним относится и овес, который мы сеем в середине лета. Это растение длинного дня, но при высеве летом оно оказывается в условиях короткого дня. Поэтому овес стремится «поймать» солнечного света как можно больше за счет вегетативной массы. Чем ближе к осени, тем быстрее растение пытается наверстать упущенное, и тем больше увеличивает свою биомассу, чтобы успеть получить необходимую энергию. Но есть одно важное условие – во второй половине лета в почве должна быть влага. В Казахстане июль бывает дождливый, и это самое подходящее время сеять овес, который к концу осени сформирует большую биомассу. Но если влаги в почве нет в июле, то надеяться на чудо не приходится – сеять овес не имеет смысла.

Бобы, которые вы видите, сейчас интенсивно цветут, а на дворе у нас конец сентября. Это посевы 22 июля, – продолжает свою экскурсию по полям Николай Иванович, – их листья стерильно чистые. А если бобы посеете весной, они и болеть будут, и вредители их подъедят. К середине же лета основные вредители уходят на покой. В этом сочном листе мало клетчатки, которая после заделки в почву на сидераты очень быстро разлагается, отдавая легко усваиваемые формы азота и других питательных веществ, которые вновь вовлекаются в биологический круговорот и улучшают плодородие. Здесь посеяна бобово-злаковая смесь: 20% овса, остальное в равной степени – вика яровая, горох, люпин, бобы. Почему смесь? Чем больше в посеве различных видов растений, тем выше урожайность зеленой массы. К тому же корневые системы у всех разные – корни бобовых глубоко проникают в почвенные слои и разрыхляют их, а корни злаковых мочковатые, располагаются в верхних слоях почвы. В этом случае не происходит однотипное использование питательных веществ, как при одновидовом посеве. К тому же злаковые растения поддерживают такие бобовые культуры, как вика и горох от полегания. Все это создает необходимый баланс в агрофитоценозе.

– Какой урожай пшеницы получаете после бобово-злаковой смеси?

– В среднем 5–5,5 тонн с гектара. При этом селитры вносим всего 100 кг/га в физическом весе благодаря тому, что бобовые культуры накапливают азот и тем самым обогащают им почву, а поэтому потребность в минеральных удобрениях значительно меньше. Обычно в нашей зоне вносятся азотные удобрения в количестве 600–700 кг в физическом весе. В итоге мы реально экономим значительные суммы.

– Что будете делать с этой биомассой после того, как она будет готова к уборке?

– Мы ее запашем. Это даст 50–60 тонн органики на гектар. Посчитайте, сколько навоза нужно было бы возить, чтобы такую массу органики внести? Чтобы плодородие не снижалось, почву нужно кормить органикой, как корову. А что зачастую делается в хозяйствах? Вносится в почву одна селитра. Что получаем в итоге? Дождевые черви уходят из почвенных горизонтов, микробная жизнь замирает, биологическая активность снижается и, как следствие, – падает урожайность зерна. А мы, напротив, люпин запахиваем, а весной от него остаются только створки от бобов. Клетчатки в растениях летних посевов мало, и люпин, как промокательная бумага, растворяется до весны в почве, возвращая в нее все питательные вещества, накопленные за вегетацию.

Солнце – это главный дирижер в жизни растения. Важно правильно настраивать его программы действия. Как пультом мы меняем программы телевидения, так должны уметь настраивать работу солнечного луча и его влияние на режимы жизни растения. Тогда мы научимся получать отличный результат.

– Какие бобовые культуры из тех, что вы изучаете, после себя оставляют в почве наибольшее количество азота в почве?

– Прежде всего это люпин – 300–350 кг на 1 га. Затем кормовые бобы – 200–280 кг/га и горох – 180–200 кг/га.

 Наша помощь Западу

 – Российские фермеры, наверное, полным ходом внедряют ваши разработки, если учесть высокую экономическую эффективность выращивания летних посевов кормовых культур?

– Внедряют. Правда, делают это пока не российские, а немецкие фермеры. Несколько лет назад, узнав о нашей технологии, к нам обратился фермер Геральд Шульц из земли Мекленбург – Передняя Померания. Его хозяйство специализируется на выращивании экологически чистых продуктов. Кроме того, у него есть биогазовая установка, которая для эффективной работы требует большое количества биомассы. А площади сельхозземли ограничены. Он посеял люпин по технологии, разработанной в нашем институте, и получил большую биомассу, которую использовал для своей биогазовой установки. При этом одновременно увеличил содержание азота в почве на своих полях благодаря выращиванию бобовых культур, и, что немаловажно, существенно сократил затраты на минеральные удобрения. Таким образом, произошел трансферт технологии из России (а еще точнее из казахстанского Тургая, именно там она зарождалась) в Германию. Теперь фермер закупает семена люпина только у нас и строго следует нашим рекомендациям. По этому принципу работают и немецкие семенные компании, поставляющие свои гибриды на рынок России и Казахстана. Но есть только одна разница – наши семена гораздо дешевле обходятся западным фермерам, нежели их семена – нашим. Статью об этом под заголовком «Наша помощь Западу» несколько лет назад опубликовал в газете «Калининградская правда» известный журналист Николай Дмитриев, который когда-то работал завотделом сельского хозяйства в газете «Тургайская новь».

– Какие российские регионы сегодня выращивают люпин?

– Площади люпина в последние годы растут. Особенно это заметно в Брянской области, да и в других областях наблюдается эта тенденция. Считаю, что в России нужно сеять люпина в разы больше, чем сейчас. Да и в Казахстане фермерам есть смысл внимательнее приглядеться к этой культуре. Этот процесс только разворачивается. Фермеров прежде всего привлекает тот факт, что применение нашей технологии позволяет сэкономить на внесении удобрений, запахивая зеленую массу на сидерат. Мы сегодня широко пропагандируем выращивание люпина. Хотя многие хозяйства занимаются другой высокодоходной бобовой культурой – соей. Следует заметить, что люпин – хорошая альтернатива сое в Европейской зоне России. Еще Прянишников в 60-х годах сказал: будущее Нечерноземья – за люпинизацией. Но исторический опыт показывает, что наша психология мало чем изменилась. Фермеры с трудом идут на выращивание новых культур. Тем не менее экономика подталкивает шире заниматься люпином. Цена на сою сегодня достигает 65 рублей за килограмм (350 тенге – прим. авт.), что очень дорого для животноводства, хотя пару лет назад она стоила 30 рублей. Многие теперь для животноводства покупают соевый шрот, но и он недешевый – нужно выложить 35 рублей за килограмм. А люпин стоит 20–22 рубля за килограмм. Вот и считайте разницу. Сейчас середина сентября, а мы люпин уже убрали, высушили и упаковали в мешки, 500 тонн на складе готово к реализации. А в соседнем хозяйстве соя до сих пор не созрела. При уборке сои потери достигают до 20% в нижнем ярусе из-за низкого расположения бобиков, 20% теряется в верхнем ярусе, так как там бобики не успевают дозреть. И только средняя часть остается для уборки. А урожайность люпина у нас составляет 3,5 тонны с гектара, и убираем мы его практически без потерь. К тому же он отлично подавляет сорняки, чего не скажешь о сое, на посевах которой необходимо применять гербициды, за которые тоже надо платить.

В ходе знакомства с институтом мы заглянули на склад, где в мешках хранился собранный урожай. Интересно, что построен он был еще более 100 лет назад немецким фермером. И до сих пор этот склад используется. Даже старенькие «Петкусы» исправно работают, несмотря на то, что им уже как минимум 60 лет.

– Когда вы впервые обосновали вашу идею летних посевов кормовых культур как систему? – спрашиваю ученого.

– Она крутилась у меня в голове еще с того времени, как я начал работать на Аркалыкской опытной станции. А в единую систему сложилась, когда мне одно немецкое издательство предложило написать книгу для широкой публики.

Для справки:

Калининградский НИИСХ

По распоряжению Совета Министров СССР от 17 июня 1949 года на базе военного хозяйства Прибалтийского военного округа была организована Калининградская государственная селекционно-опытная станция. Постановлением Совета Министров РСФСР от 30 апреля 1991 года и приказом Россельхозакадемии от 12 мая 1991 года Калининградская сельскохозяйственная опытная станция преобразована в Калининградский научно-исследовательский институт сельского хозяйства. Сегодня в институте имеются отделы земледелия, семеноводства, картофеля, кормопроизводства, животноводства, ветеринарной медицины. Численность работающих в институте составляет 56 человек, в т. ч. научных сотрудников 13, из них 2 доктора и 6 кандидатов наук.

Большое внимание в Калининградском НИИСХ уделяют семеноводству зерновых и кормовых культур, которых здесь выращивают более 60 видов. Чего тут только нет: райграс пастбищный, пырей пастбищный, суданская трава, сорго-суданковый гибрид, пайза, могар, чумиза, клевер розовый, козлятник, озимая и яровая пшеница, ячмень озимый, овес, картофель, фацелия, рыжик, лен, гречиха, различные виды люпинов, бобы, горох, злаково-бобовые смеси в самом разном сочетании... Есть даже африканское просо, достигающее трех метров высоты. Как отмечает Николай Иванович, все эти культуры отлично вызревают в условиях достаточно влажного и прохладного климата Калининградской области. При этом большое внимание уделяется именно сортам российской селекции как наиболее приспособленным к местным условиям.

Азбука агронома:

Щелевое рыхление

Прием щелевого рыхления почвы принципиально отличается от традиционных способов осенней обработки, применяемых в засушливых районах. Суть щелевого рыхления состоит в том, что почва обрабатывается рабочими стойками (без лап), которые располагаются друг от друга на расстоянии 0,5 метра в шахматном порядке, за счет чего обеспечивается рыхление межщелевого пространства путем горизонтальных изломов и сдвигов почвы в вертикальном и горизонтальном направлениях. Что отличает этот способ от общеизвестного щелевания? В отличие от плуга, плоскореза и чизеля, при работе которых образуется плотная, выровненная «плужная подошва», при щелевом рыхлении поверхность нижеобрабатываемого слоя имеет гребневидный профиль, напоминающий поверхность шифера. При таком состоянии «ложа» сток талых вод сводится к минимуму. После работы традиционными почвообрабатывающими орудиями (плуг, чизель, плоскорез) обработанный слой почвы в засушливые годы состоит в основном из глыб, которые вперемежку с распыленными частицами почвы лежат на выровненном и искусственно переуплотненном ложе и представляют собой плохо проницаемую для влаги массу. При работе же щелевого рыхлителя обработанный слой почвы из-за невыровненного, гребневидного ложа находится во вспученном состоянии с максимальным сохранением стерни. В результате на такой поверхности поля зимой хорошо накапливается снег и создаются условия для снегозадержания, а весной при таянии снега обеспечивается быстрое проникновение талых вод в нижние горизонты, что и приводит к заметному повышению весенних влагозапасов.

Опубликовано в журнале "Аграрный сектор" №4 (30), декабрь 2016 г

Журнал можно приобрести в редакции в г.Астане (, пр.Республики, 54/1, офис 409 (Технопарк, цех №9), тел. 8 (7172) 738575, а также в г. Костанай (ул.Каирбекова 96, в киосках и в редакции газеты "Все сразу", тел. 8(714-2) 53-16-89, 8-705-653-8189).

Журнал реализуется во время аграрных выставок. Заявки на подписку принимаются по тел.:

8(7172) 738575, +7 701 342 3046.

Подписку можно оформить на сайте журнала www.agrosektor.kz в разделе "Подписка". 


Автор: Николай Латышев

Просмотров: 342

На печать: На печать

Опубликован: 29.03.2017 | 07:59

Метки: Калининградский НИИСХ, Николай Буянкин, щелевое рыхление, солнечная радиация.

Категории Аграрная наука

Кургансемена
Петкус
РЗС Геленжджик
КазАгро 2017
Ukr
Kazan

Поиск по новостям

Поиск по датам
Поиск по меткам

Введите ваш запрос для начала поиска.